Анестезия

– Я по поводу Светы. Вроде бы они с Сашей поженились, ну… тогда.

– Да. Но брак и года не просуществовал.

– Понятно.

– Саша тогда изменился очень. Он ребёнка хотел – Света забеременела. А потом назло ему… в общем, ребёнок у них так и не родился.

Зря она об этом спросила. Ведь это была всего лишь работа, ничего иного. А вот полезла ведь снова в прошлое, куда точно возврата не было.

– Ладно, мне ехать нужно. Обрадую Глашку, что теперь она чаще со мной будет.

– Хорошо. И завтра тогда ждать тебя будем. Спасибо, Насть.

По виду тёти Наташи было заметно, что она уцепилась за идею того, что именно Настя станет для её сына спасительной соломинкой, и последней совсем не хотелось разочаровывать Зубареву. Хотя она прекрасно понимала, что шансов на то, что уже завтра они с Сашей переругаются в пух и прах, – с избытком. И всё же, попробовать было нужно.

– До завтра, – тихо попрощалась она, вышла из ворот и быстро зашагала в сторону автобусной остановки.

На следующий день ровно в девять утра Настя была на месте. Её встретила мать Саши, которая с порога поделилась:

– Он сегодня вообще не в духе. Так что если что – просто поезжай домой.

Для Насти это не было сюрпризом. Она прекрасно понимала, что Зубарев не просто взбесится от того, что ему навязали какую-то компаньонку, но и предпримет всё возможное и невозможное, чтобы от неё избавиться.

– Вот ещё. Я привыкла выполнять свою работу, какой бы сложной она ни была.

Сама Настя решила, что станет относиться к этому как к рабочему месту, где у неё есть начальник-самодур, который, впрочем, не может быть досадной помехой для того, чтобы она заработала настолько необходимые ей деньги.

– Ну… хорошо. Но если что, действительно уезжай.

Тётя Наташа проводила её в кухню и после коротких прощаний уехала. И Настя осталась одна. Она устроилась на диване и прислушалась к тому, что происходило в доме. Ничего. Ровным счётом. Такая стерильная тишина, что даже страшно стало.

Поднявшись с дивана, Настя подошла к холодильнику и проинспектировала его содержимое. Продуктов было с избытком. Вдобавок ко всему на плите обнаружились суп и жаркое. По-видимому, мать Зубарева обеспечила всем нужным не только своего сына, но и Настю.

– Привет-привет.

Она вздрогнула, когда тишину разрушил мужской голос. Повернулась к незнакомцу, застывшему в дверях. Он опирался на стену плечом и смотрел на Настю прищурившись.

– Здравствуйте, – поздоровалась она в ответ. – Мы знакомы?

– Неа. Но давай познакомимся. Я Влас. – Он подошёл и протянул Насте руку. – Помогаю Саше… ну, со всяким таким.

– Настя, – ответила она, чуть сжимая пальцы Власа. – Компаньон.

– Ага, я так и понял. Наталья Феликсовна о тебе говорила. – Он окинул Настю пристальным взглядом и кивнул, будто осмотр полностью его удовлетворил.