Большой секрет Анаит

Это ли невинная девушка? Послушная дочь? Скромная невеста?

К своему стыду, Ваграм тут же возбудился. Но расстроился несоразмерно больше.

Что же получается, он ради нее столько старался, а девка-то замуж негодна! Ну он и дурень, уже мысленно с ней детей настрогал и жил с этой подстилкой долго да счастливо. В мечтах нередко сидел с ней на веранде своего дома в кресле качалке.

Любимая женщина на коленях, ластится к нему, а он целует ее в шею, ласкает, где хочется…

Однако с подстилкой он никакой семьи строить не собирался. Ему нужна была девственница! Иначе разве она сможет родить нормальных, здоровых детей? Разве такая сгодится ему в койку прямо из-под другого мужика?

А кто во всем этом виноват? Конечно же Ашот, заклятый друг.

Подумать только, два года сказками пичкал, раздавал обещания, которые не собирался выполнять. Чуть не подложил под него настоящую шкуру!

А он эту Анаит чуть ли не боготворил, подарками засыпал, телефон дорогущий вручил. Где в этой жизни справедливость? Почему он, во всех отношениях достойнейший мужчина, все время нарывался на всякое говнище? Уж кто-кто, а он заслужил семейное счастье с достойной, девственной женщиной, которая станет его слушаться и почитать. Где его счастье?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Как же сильно он ошибся в Анаит, словами не передать.

Ваграм тут же набрал знакомый номер и принялся кричать в трубку:

— Ашот, ты кого мне пихаешь в жены?! Блудницу! Да на ней пробу ставить негде…

Он еще долго орал на теперь уже бывшего друга и крупного должника. Ваграм не из тех, кто прощает.

* * * Анаит подскочила с накиданных прямо на бетонный пол коричневых подушек, когда услышала над головой чей-то топот.

Багиш всегда запирал ее в подвале, когда уезжал.

Не слишком большой и холодный даже летом, он был заполнен полками с пустыми банками, наверху висела тусклая лампа, периодически начинавшая мерцать. Единственным «уютным» уголком здесь было место, куда брат принес для Анаит старые деревянные подушки.

«Сиди тут и не реви», — каждый раз увещевал он ее, когда уезжал.

Порой его отлучки длились по полдня, как сегодня.

Анаит ничего не оставалось, кроме как подчиняться. Она не тешила себя надеждами, что сможет справиться со здоровенным Багишем и убежать. Послушно шла в подвал, когда он велел. Тихонько сидела в комнате, когда он был дома.

«Чего ты так упрямишься, крошка? — часто спрашивал ее брат. — Ну сходи ты за этого старикоса замуж, через год разведешься, будешь свободна. Я лично помогу тебе отсудить у него половину имущества. Главное — залети от него».

А ее от таких разговоров лишь тошнило.