Большой секрет Анаит

Схватил, да сразу крепко, чтобы не могла убрать руку.

— Отпусти! — взвизгнула Анаит.

Видимо, вспомнила их старую игру. Когда он хватал ее с силой за мягкую часть бедра и изображал крепкими мальчишескими пальцами укус лошади. Одного-двух укусов хватало, чтобы девчонка долго к нему не подходила. Теперь же больно делать не собирался. Но, похоже, у девчонки хорошая память.

— Да тихо ты, не обижу! — проговорил, наклоняясь к ней.

Хотел просто поцеловать в щеку. Честно-честно, только в щеку.

И натолкнулся на нешуточное сопротивление. Она уперлась руками ему в грудь и пропищала:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Ты же брат мне! Пусти! Фу…

Это ее «фу» очень его покоробило. Значит, он для нее «фу»?! А потом до Багиша и дошло, что малышку никто за девять лет так и не просветил насчет ее происхождения. Считает его единокровным братом? Это действительно было бы «фу-у-у». Но общей крови-то у них ни грамма.

Отпустил, открыл дверь машины.

Анаит пулей вылетела, усвистала в школу, только пятки сверкали.

А Багиш порулил домой, разговаривать серьезные разговоры с отцом.

Родитель нашелся в кабинете. Сидел за столом, разбирал какие-то бумаги. На сына даже не посмотрел, лишь буркнул:

— Чего тебе, Багиш?

— Пап, а почему ты не сказал Анаит, что мы с ней сводные, а не единокровные брат и сестра?

Отец тут же оторвал взгляд от бумаг и устремил его на сына.

— Я надеюсь, ты не стал ее просвещать? — спросил он резким тоном.

— Нет, решил сначала спросить, почему ты этого не делаешь.

— Закрой дверь и присядь… — потребовал отец.

Багиш вспомнил, что домработница любила подслушивать, тут же запер дверь, потом прошел к столу, уселся напротив родителя.

— Объясни толком, почему такой интерес к Анаит? — Отец буравил его серьезным взглядом.

— Ну… — и Багиш подвис.

Очевидно же, почему, и в то же время говорить такое отцу как-то неприлично. Решил мягко намекнуть.

— Она красивая.

— Что с того, что она красивая? — нахмурил брови родитель. — Ты ее в постель уложить собрался, что ли? Багиш, ей шестнадцать! Девочка еще!

— Ой, па, ну что ты как из девятнадцатого века…

Думал, отец будет понятливее. Но нет, тот словно выпил таблетку «Агрессин», аж покраснел весь и включил диктатора:

— Ты не станешь с ней спать. Больше того, ты ее вообще трогать не будешь никак. И просвещать ее о том, кто ее биологический отец, тоже не станешь.

— Почему?

Отец шумно вздохнул, а потом ответил:

— Она выйдет замуж за Ваграма, когда закончит школу. Он ее уже посватал.

У Багиша внутри аж все опустилось. За что этому старперу такое пирожное, как Анаит? Оно должно ему достаться, а не какому-то там престарелому богатею.