Большой секрет Анаит

— Россия-матушка, ептель… Сегодня еще и пятница…

— Хочешь сказать, нас могут сегодня не выпустить? — У Анаит от такой перспективы аж сбилось дыхание. — Но мне надо домой! У меня дочка…

Дима посмотрел на ее напряженное лицо, прищурился. Еще несколько раз попробовал связаться с диспетчером, но панель управления будто умерла. Хорошо хоть, в кабине не отключился свет, а то было бы совсем весело.

— Люди! — заорал он зычным басом. — Есть кто живой?

Застучал по двери кабины, но никакого ответа на свои вопли не получил.

И тут ему прилетело:

— Это все из-за тебя!

Анаит фыркнула, посмотрела на него как на врага народа.

— Что из-за меня? — переспросил Дима, нахмурив брови.

— Наел бока, вот лифт и встал! — она многозначительно осмотрела его с ног до головы. — Не выдержал твоего веса.

— Ты серьезно? — Его брови взлетели.

Нахалка посмела кивнуть, уперла руки в боки и уставилась на него с упреком.

— Вот как, значит…

Дима недолго думая расстегнул пиджак, а потом принялся расстегивать рубашку.

— Эй, ты что делаешь? — охнула Анаит.

Он не стал слушать ее воплей, распахнул полы рубашки, демонстрируя ей свой идеальный торс. Зря, что ли, столько качался? Вот они — кубики, так нежно любимые дамами. Да, за деять лет и правда набрал около двадцати килограмм, но не жира, а чистых мышц.

— Любуйся! Где ты тут видишь складки жира?

Взгляд Анаит забегал от его лица к торсу и обратно.

— Немедленно застегнись! — тут же проворчала она.

— А то что? Поругаешь меня? — усмехнулся он криво.

— Пфф… Просто отвернусь, и все, — фыркнула она и вправду отвернулась.

Однако бурчать не перестала, почти сразу он услышал от нее недовольное:

— Угораздило же застрять именно с тобой…

Дима буравил макушку Анаит тяжелым взглядом, пока застегивал рубашку. Он выручил ее из неловкой ситуации, заступился, а она опять к нему с претензиями. До чего тяжелая девка! И угораздило же его когда-то в нее влюбиться. Божье наказание, не иначе.

В то же время ее близость не на шутку его волновала. А короткая перепалка и вовсе завела, настроила на романтический лад.

«Эх, сейчас бы Анаит голенькую…» — мелькнула шальная мысль.

— Знаю я одно средство, после которого лифт исправно работает… — проговорил Дима тихо.

— Какой? — тут же оживилась Анаит, снова к нему повернувшись.

— Хочешь, покажу? — спросил Дима с прищуром.

Дождался кивка, бросился к ней, сжал плечи и впился губами в губы.

Анаит замерла на месте, пораженная и оглушенная его наглостью.

Он почувствовал ее руки на груди. Девчонка пыталась его отстранить, но вот какое дело — пихалась едва-едва. Пока целовал ее, забыл, как дышать. Губы горели огнем, и не только губы.

Он прижал Ани к двери кабинки, рука сама потянулась к ее груди.