АН (цикл 11 книг) (СИ)

 — Жители нашего великого княжества и гости из других городов, рад приветствовать вас в доме моих предков! Благодарю, что почтили его своим присутствием, и желаю, чтобы боги освещали ваш путь!

Обведя гостей взглядом, великий князь Тверской тепло улыбнулся. Стоявшая подле него супруга благодарно кивнула.

«Надежда Григорьевна смотрится величественно, — отметила для себя Юля Ромодановская. — Но мама на приёмах ей ничуть не уступает. Нужно больше наблюдать за мамой. На будущее», — она перевела взгляд на своего спутника. Арвин, заметив это, повернулся к девушке и улыбнулся.

Затем оба вновь сконцентрировали всё своё внимание на сцене.

— Причина, по которой мы все здесь сегодня собрались, очень важна для меня и всего княжества, — твёрдым голосом продолжил великий князь. — Мы с вами собрались, чтобы отпраздновать рождение нового члена великокняжеского рода Оболенских. Судари и сударыни, мой младший сын, моя радость и гордость — Аскольд Андреевич Оболенский. Прошу любить и жаловать!

Великий князь Тверской указал вправо за кулису, и в этот момент рядом с Юлей раздались громкие аплодисменты.

Первым захлопал Арвин. Юля поддержала его, затем Яна с Алисой… и вскоре уже всё в зале громко рукоплескал.

— Ну он как всегда, — с трудом разобрала в этом шуме слова своего кавалера Ромодановская.

— Да… — всё же согласилась она с ними, глядя на то, как уверенно и непринуждённо Аскольд ступает по деревянной сцене.

Юля быстро глянула по сторонам. Люди, не прекращая хлопать, будто заворожённые наблюдали за выходом младшего великого княжича.

А он тем временем остановился перед великой княгиней Тверской и поклонился ей. Женщина доброжелательно кивнула, мол, принимает его. Аскольд сделал несколько шагов и протянул ладонь отцу.

Тот крепко её пожал и уступил место сыну перед микрофоном.

Аскольд стоял прямо по центру сцены. По обе стороны от него на полшага позади стояли великий князь и великая княгиня Тверские. А за спиной юноши на белом полотне задника простирался огромный герб рода Оболенских и не менее огромный громовик Перуна.

— Судари и Сударыни, — обратился к присутствующим Аскольд. От его голоса веяло мощью. Аплодисменты тут же стихли.