АН (цикл 11 книг) (СИ)

— Я тоже, — тихо ответила Софья.

Возле парадного входа в ресторан нас встретила четвёрка охранников. И в отличие от прошлого раза мне даже не пришлось ничего говорить. Мужики с поклоном пропустили нас внутрь. А затем девушка-администратор провела нас через главный зал.

Остановились перед двустворчатыми дверьми, над которыми висела табличка «Белый зал». Администратор вопросительно посмотрела на меня.

— Софья Антоновна, добро пожаловать. Надеюсь то, что вы увидите там, вам понравится, — сказал я княжне, а затем кивнул администратору.

Она распахнула перед нами двери.

— Ух ты… — восторженно прошептала Софья.

В белоснежной комнате, обставленной белой с молочным оттенком мебелью, на стульях и свободных столиках стояли вязанные куклы. Вязаный оркестр, конюх с лошадкой, охотник, подстреливший утку, и ещё несколько персонажей. Некоторые из них держали живые розы — белые, голубые и алые.

Софья, как заворожённая, вошла в зал. Она брала в руки куклы, разглядывала ярлычки с клеймом мастеров.

— Признавайтесь, Аскольд Игоревич, — обернулась лучащаяся от счастья девушка. — Вы ограбили недавнюю выставку в Петрограде?

— Нет, просто связался с мастерами, контакты которых мне удалось найти, — улыбнулся я.

Я помог Софье снять верхнюю одежду, а она так и не смогла оторваться от кукол. Может, я перестарался?

— Скоро подадут горячее. Я взял на себя смелость заказать на нас двоих, — проговорил я, когда в зал заглянула официантка.

Только после этого Софья взяла себя в руки.

— Позвольте первой сказать тост, — воодушевлённо произнесла девушка, когда мы сели за сервированный для нас стол с закусками и напитками. — Я поднимаю этот бокал вина за вас, Аскольд Игоревич. За то, что не перестаёте меня удивлять. Спасибо, — счастливо улыбнулась она.

— Позвольте мне сразу сказать ответный, — тепло сказал я. — За вас, Софья Антоновна. За то, что сегодня рядом со мной самая прекрасная и несравненная девушка этого мира.

Она мило смутилась. Раздался звон хрусталя, и мы сделали по глотку терпкого напитка.

Затем мы пробовали разные блюда местной кухни. Полноценно ел я, а Софья клевала, как птичка, и восторженно повторяла, как ей понравился сюрприз. Среди кукол она нашла ту, которую сшила сама Лили Марвелъ — мелкого смешного карапуза и посадила его рядом с собой на стол.

— Скажите, Софья Антоновна, не желаете ли потанцевать?

— Желаю, Аскольд Игоревич, — задорно ответила она.

Я подал условный знак официантке, стоявшей возле дверей, ведущих в бытовые помещения. Та поклонилась и распахнулась створки, впуская музыкантов.

Поднявшись со стула, я поклонился Софье и молча протянул ладонь. Она вложила в неё свою прохладную ручку, я вывел её в центр зала, заиграла музыка…

И мы закружились в танце.