АН (цикл 11 книг) (СИ)

И лишь чудом Мастера Оболенских удерживают его вдали от княгини и княжон.

Когда я сражался сразу с тремя водяными волками, до моего слуха донеслись слова одного из бойцов оцепления:

— Ваша светлость, нужно отступать! Мы поможем нести их светлостей.

— Проклятье! — выругалась Алиса, а меня уже атаковали водяной орёл и водяная рысь. — Отходим! Мы можем не дождаться подкрепления.

Уничтожив и этих водяных зверей, я рванул на Мастера. Этот гад минуту назад создал «Лес погибели». И теперь прячется за своим водяным выводком!

— Но… как же… — где-то вдалеке Яна попытался возразить сестре.

— Отходим! Ваши жизни важнее!

Молодец, наследница! Плюс двадцать очков! Вот только не факт, что вам дадут уйти.

Форкхово дерьмо! Как же раздражает, что приходится сражаться неполноценно. На Родине я был сильнее во владении альтерой, и часто использовал её вместе с космодоспехом. Будь здесь сейчас тот я — моментально раскидал бы всех врагов. А если бы вместе с Арвином — никто бы вообще пискнуть не успел.

Но в этом мире в альтере я слабее, доспехов пока нет, зато есть жи́ва. Я выработал новый стиль сражения. С альтерой, жи́вой и Аурой. Вот только конкретно сейчас мне приходится урезать свои возможности, чтобы не проявились золотые молнии. А то, чего это простолюдин, который под колпаком Канцлера, открыто сражается и убивает людей в городе?

Арвину с этим проще… Но и он скрывает лицо, чтобы железных доказательств ни у кого не было.

Форкх меня дери, аж шесть водяных тварей одновременно!

Но я мог уничтожать их с одного удара. А порой взмаха ноги хватало, чтобы отделаться сразу от трёх. Правда, тело начинало поднывать — с альтерой я не сдерживался.

— В той машине остались люди! Помогите им! — услышал я приказ Алисы, когда на меня накинулось аж десять зверей «Леса погибели».

Хех, ай-да великая княжна! Образец аристократии. Даже отступая вместе с семьёй с поля боя, не может бросить на смерть случайных простолюдинов. А ведь многие из тех, кто невольно оказался втянут в разборку высокоранговых бойцов, уже оставили свои машины и сбежали куда подальше.

Минус десять зверей. За ними ещё восемь. Водяные деревья, из которых они появляются, уже не кажутся мне такими огромными. Мастер сдаёт позиции!

— А там в машине ещё один! — ветер принёс едва различимые слова Яны.

Ну сестры, ну дают!

До Мастера оставалось восемь метров. Нас разделяло два водяных дерева, из которых каждое мгновенье рождался новый зверь. Мне приходилось сдерживаться… Но эмоции, зажжённые сёстрами Оболенскими, рвались наружу.

Нельзя выпускать эмоции — визуализируется аура. Показать золотые молнии можно лишь в крайнем случае.