АН (цикл 11 книг) (СИ)

Шныряющие взад-вперёд служащие с любопытством разглядывали меня, кое-кто, не стесняясь дружинников-конвоиров, здоровался со мной.

Спустя десять минут путешествия по коридорам и переходам меня завели в зал суда.

Внутри было тихо и спокойно. Ровные ряды скамеек в основном пусты, но в левой половине зала на втором и третьем рядах сидели тётушка, прижавшаяся к Вадиму, и Шапочкина с помощницей. Все четверо тут же обернулись на звук открывающихся дверей. Я благодушно улыбнулся им и помахал рукой.

Пока меня повели по проходу, делившему зал надвое, я бросил взгляд на правую половину зала. На меня злобно пялились рыжий веснушчатый юноша и такой же рыжий мужчина с кустистыми усами. Рядом с ними сидела красивая женщина лет сорока и симпатичная девушка. Тоже рыжая. И немного мне знакомая.

На лавке в зале суда сидела чемпионка северо-западной Москвы — Виктория Ефимовна Голикова. А значит, остальные трое — её мать, отец и брат.

Как тесен мир…

Кто ж мог подумать, что родственники боевой милашки Вики захотят меня убить.

Не зря у местных есть поговорка, что у рыжих нет души.

Меня попросили сесть на скамью в первом ряду в левой части зала. Конвоиры-дружинники разместились по обе стороны от меня. Тут же неподалёку сидел и подполковник Кольшин. Он поприветствовал меня беззаботным кивком.

Я повернул голову и пристально посмотрел на «обезьянок в клетке». Вчерашний стрелок и водитель сидели на лавке в наручниках и были отделены от остального зала металлическими прутьями. Возле клетки дежурили два конвоира.

Скрипнула неприметная дверь в стене, и в зал вошёл статный мужчина в чёрной мантии. Его сопровождал молодой человек в деловом костюме, который нёс какие-то бумаги. Разложив их на большом столе, стоявшем в трёх метрах от скамеек, пристав подошёл к соседнему столу, где, видимо, и было его место, и проговорил:

— Дамы и Господа, прошу всех встать.

Даже дворяне оторвали свои задницы от скамеек.

Судья, выпрямившись во весь свой рост, с достоинством произнёс:

— Имею честь представиться, Верховный судья дворянского имперского суда Сергей Иванович Малахин. Приветствую вас на сегодняшнем заседании. Присаживайтесь, пожалуйста.

Он сел за свой стол и зарылся в бумаги на десять секунд. Затем поднял голову и проговорил:

— Сегодня, четырнадцатого января две тысячи восьмого года, слушается дело об административном правонарушении со стороны дворянского рода Голиковых.

Я мысленно усмехнулся. В меня стрелял снайпер, а дело административное. Ну да-ну да, уголовные дела в отношении аристократов заводят только при измене Родине. С другой стороны, за некоторые административные правонарушения аристократам выносят очень суровые наказания.

— Подполковник Кольшин, вам слово, — продолжил судья.