АН (цикл 11 книг) (СИ)

 — Раз уж ты обошёл Васю в учёбе, что, на мой взгляд, было практически нереальным, давай уже и турнир выиграй!

— Поддерживаю, — лаконично сказал Антохин.

— И я, — буркнула Маша Роднина.

— Спасибо, ребята, — отозвался я."

"Все присутствующие сказали мне напутственные слова. Даже великая княгиня Тверская произнесла пару слов.

— Эта арена покорится «Алой Мудрости»? — тихо спросила Софья.

Я улыбнулся, вспомнив, что сказал ей в день открытия третьего этапа турнира.

— Конечно, Софья Антоновна. В этом году. Я ведь всегда выполняю свои обещания.

А ещё через шестнадцать минут я, надев абсолютно новый комплект традиционного боевого костюма, шёл по коридору подтрибунного помещения.

Наконец это день настал! Он уже принёс мне огромную радость — весть о том, что Арвин не сгинул в Аномалии, а переродился так же, как и я с Архуном. Но радостные события на этом не закончатся, я уверен.

— Дамы и Господа! Первый участник финального поединка всеимперского бойцовского турнира — чемпион Юго-Востока Москвы и главное открытие турнира этого года — Аскольд Игоревич Сидоров!

Выходя на арену, я улыбался трибунам. Поймав взглядом объектив камеры, с которой шла трансляция на широкие экраны, подмигнул. Остановился напротив трибун, на которой сидели мои родные и друзья и весело помахал им.

— И его соперник, второй финалист, чемпион Северного Петрограда, боярин Пётр Петрович Шереметев!

Невысокий, худощавый юноша с каштановыми волосами, спокойным шагом шёл с противоположной стороны и невозмутимо приветствовал трибуны. По нему и не скажешь, что перед тобой матёрый боец…

Он повернулся ко мне, и его скучающий взгляд изменился.

Хищник.

Не зря боярин Шереметев принял в род этого заделанного на стороне сыночка. Алиса рассказывала, что её родители — великие князь и княгиня Тверские присутствовали на приёме, который организовал Шереметев-старший, где публично провёл ритуал подтверждения крови. Моему сегодняшнему сопернику тогда было десять лет.

— Десять лет, Аскольд, — вспомнились мне слова Алисы, сказанные тогда. — Пятнадцать лет — нормальный возраст, чтобы засиять. А те, кто засиял раньше тринадцати, уже считаются самородками. Этого же приняли в род в десять. Глядя на его сегодняшние успехи, многие склоняются к мысли, что Шереметев-старший решил официально объявить бастарда «младшим сыном» после того, как узнал, что тот засиял. А ещё поговаривают, что если титул Генерал-губернатора Петрограда останется у Шереметевых, то может перейти именно Петру, а не кому-то из его полноправных братьев!

Да, мне предстоит сражаться с настоящим гением жи́вы.

Посмотрим, на что он способен!

— Три… Два… Один… — стонали трибуны.