АН (цикл 11 книг) (СИ)

У меня только мама… Но вы ведь не откажетесь от своих слов? Мама говорит, что за достойные поступки всегда нужно награждать людей, — неуверенно проговорил он. — Вы… поедите со мной в усадьбу?

— От своих слов я никогда не отказываюсь, — улыбнулся я и потрепал его по тёмным волосам.

Парнишка хлопнул длинными ресницами и взял меня за руку, чтобы потащить за собой к машине. По пути он обернулся, бросив печальный взгляд на тела бандитов. Но тут же вновь повернул голову и сильнее сжал мою руку.

— Глеб… пусть тут… сделают, чтобы ну… проблем не было, — кивком головы он указал на меня.

— Всё сделаем в лучшем виде, Никита Всеволодович. А сейчас нам с вами пора возвращаться в усадьбу, ваша мама очень волнуется. Но сначала, — мужчина поднял глаза на меня и серьёзным тоном, не терпящем возражений, спросил: — Как вас зовут? Возраст, место работы или учёбы? Где живете?

— Глеб! — возмущённо выпалил мальчишка. — Это грубо!

— Извините, Никита Всеволодович, но по протоколу мы не можем пропустить на территорию усадьбы незнакомца.

— Всё в порядке, — я улыбнулся растерянному парнишке. — Я ведь действительно ещё не представился. Аскольд Сидоров, семнадцать лет, лицей «Алая Мудрость», улица Картофельная тридцать, квартира один, — спокойным тоном произнёс я.

— Благодарю, — кивнул мужчина и бросил взгляд на напарницу, быстро записавшую услышанное в блокнот. — Мне нужно доложить госпоже.

— Поедемте уже быстрее, Глеб! — вспылил мальчик. — Я сам позвоню маме из машины!

Глава 2

Когда мы разместились на кожаных сиденьях дорогого автомобиля, Никита достал из рюкзака блестящий смартфон и, нажав кнопку «вызова», приложил его к уху.

— Мама, здравствуй! Да, со мной всё в порядке. Да, мам, меня спас Аскольд, и я пригласил его к нам домой. Я очень хочу наградить его за его поступок, как ты меня учила. Да, мы уже едем. Я тоже тебя люблю.

Закончив разговор, мальчик убрал телефон обратно в рюкзак и, нахмурившись, уставился в окно. Странно наблюдать за ребёнком, который пытается вести себя, как взрослый. Чем-то он напоминает меня в детстве, будто его с самых пелёнок учили преподносить себя окружающим и держать себя достойно.

Но ему всё же совсем мало лет. Как бы хорошо его ни обучали, он всё ещё ребёнок. И, кажется, мать не забывает одаривать мальчишку теплом и лаской.

— Никита Всеволодович, — обратился я к пареньку, парнишка повернулся ко мне и тепло улыбнулся.

— Можно просто Никита. Вы… вы ведь мне жизнь спасли, — грустно проговорил он.

— Хорошо, Никита, — кивнул я. — Скажите, из какого вы рода?

— Из боярского рода Морозовых! — выпятив грудь, гордо произнёс он. Явно ответил на автомате. Потому как после этого он тихо добавил: — Я его глава. А моя мама — регент. И… — его лицо скривилось, будто мальчик собирался заплакать.