АН (цикл 11 книг) (СИ)

Я летел без стихийного доспеха, то есть выставив на всеобщее обозрение свой космодоспех. Любой союзник понял бы, что я свой и попытался бы как-то обозначить себя.

В меня же полетела белоснежная шаровая молния.

Ага. Не из своих, значит.

Молнию я поймал левой рукой и сжал, развеяв. В этом густом лесу это лучшая тактика, не хочется потом тратить время на тушение пожаров.

На огромной скорости облетев дерево, я резко взмыл в воздух, а затем, заложив дугу вокруг ещё четырёх деревьев, зашёл Мастеру с тыла.

Ему было сложно следить за моими передвижениями.

Но он пытался! Вертел головой, держал наготове огромную шаровую молнию…

Минус огромных скоростей в том, что и мозгу приходится работать слишком быстро. Атрибут «молния» не ускоряет скорость реакции или скорость переработки информации мозгом. Правда, принято считать, что атрибуты жи́вы откликаются на особенности тела носителя. То есть сами по себе люди с молнией будут шевелиться и думать гораздо быстрее основательных владельцев, например, атрибута «земля».

Но я — другой случай. Мои мозги ещё в прошлой жизни научились максимально эффективно обрабатывать информацию. И пусть сейчас я медлительнее себя прошлого, я всё же соображаю гораздо быстрее других владельцев молнии. Вероятно, и кровь Архея в моих венах способствует этому.

В общем, бой в густом лесу на огромных скоростях для меня не создаст особых проблем.

В отличие от моего противника."

"Он лишь в последний момент успел защититься от моей шаровой молнии. Правда, в тот же миг ему в спину врезались ледяные колья и частично пробили стихийный доспех. Мастер дёрнулся и пропустил момент моего стремительного приближения.

Пальцы космоперчатки схватили его за защищённое белоснежными молниями горло.

Я сконцентрировал больше альтеры вокруг своей кисти, продавливая стихийный доспех.

— Сдавайся и выживешь, — холодно проговорил я, ударив противника в упор импульсом родовой Ауры.

— Ненавижу! Ненавижу тебя! Тварь! Монстр! Чудовище!!! — залепетал Мастер.

Чего это он? Мы раньше встречались?

— Как ты смеешь, тля, обращаться в таком тоне к моему мужу! — вспылила Соня, приземлившись рядом. Но увидев мою поднятую руку, замерла, пытаясь держать себя в руках.

— Наглец… — пробурчала она себе под нос.

Сконцентрировав немного альтеры в ладони, поднятой руки, я отвесил Мастеру звучную пощёчину, сбив его стихийный шлем.

Н-да, рожа знакомая. А вот этот его глаз, отнюдь не глаз.

Я потянулся рукой к лицу Мастера.

— Нет! Не нужно! Уйди!!! — заверещал он. — Не снова.

Рывком я выдернул из его глазницы пустышку. Шарик-протез.

— Не может быть… — удивлённо прошептала Соня, заглядывая в белое как снег лицо одноглазого Мастера. — Это тот самый?

— Да, — кивнул я.