АН (цикл 11 книг) (СИ)

Глава 7

Глупо ругать то, что не можешь изменить прямо сейчас. Разумно — сделать выводы и приложить все усилия, чтобы раздражающая тебя ситуация в дальнейшем не повторялась.

Но, Форкх меня дери! Все мы люди! Эмоции — часть нашей биологии, часть наших тел, часть нас самих! И в моём нынешнем теле эмоции контролировать сложнее, чем в прошлом! И порой эти эмоции абсолютно нерациональные!

Вот потому я и клял, на чём свет стоит, бескрайние просторы нашей родины! Форкх меня дери, экстренно добраться от дальних границ империи до Енисейского княжества — получается совершенно не экстренно!

А у меня там жена рожает!

Пока какие-то гады пытаются добраться до неё, чтобы убить!

Я понимаю, что делаю всё, что могу… Я понимаю, что уже сделал достаточно и, в общем-то, у нас всё под контролем!

Но… А… Форкх их всё в задницы!

Жена рожает!

А мне очень хочется успеть на это событие. Успеть первым взять ребёнка на руки… Как принято в имперском роду Александритов…

С этой мыслью я выпустил ещё больше альтеры, чтобы набрать большую скорость.

М-м-м… как же мышцы-то болят…

И ведь не звонит мне Соня сама, чтобы не отвлекать… В прошлый раз я связывался с ней через Тамира… Пожалуй, можно ещё раз позвонить.

— Господин, снова здравствуйте! — услышал я бодрый голос личного дворянина Тамира Мамедова в своём шлемафоне.

— Ага. Привет! Как там де…

— А-А-А-А!!! — оглушительный рёв дикой львицы из динамиков прервал меня на полуслове.

Секунда молчания.

— Форкх тебя во все щели, ты где находишься?! — выпалил я.

— Я просто дежурю у дверей спальни, и сейчас как раз двери открывались. Алла забегала с графином воды.

Мозг мгновенно начал анализировать ситуацию. То, что охрана стоит непосредственно у дверей — хорошо. Мой приказ. Во время нападения врага его уж точно не стоит недооценивать. Особенно, когда он спелся с предателями.

Но то, что в спальне так орут…

— Господин? Вы ещё тут? Похоже, схватки у её сиятельства усиливаются. И… ой… ей сообщили, что я говорю с вами. У меня требуют трубку.

— Передай, — выдохнул я.

Дальше я слышал шорох, топот шагов, женские голоса. Дикая львица больше не ревела.

А через пять секунд…

— Дорогой? Это ты? — быстро произнесла Соня, а затем в сторону добавила: — Матушка, дамы, прошу вас, оставьте меня на минутку?

Её голос казался ласковым, но в то же время в нём было столько власти, что даже вдовствующая императрица не осмелилась спорить.

— Я, это я. Рад тебя слышать, — тепло проговорил я.

— И я тебя, — мяукнула Соня. — Но, знаешь… Мне сейчас прям маленько не до разговоров. Твой сын, могучий малыш, изо всех сил пытается пролезть в мир. Ему как-то всё равно, что сейчас нас атакуют.