АН (цикл 11 книг) (СИ)

"

"— Ну да, «всего», — в ответ на заявление Яны усмехнулся Влад Беляков, сидевший рядом с Инной. А затем ловко подцепил бамбуковыми палочками кусочек сырой мраморной говядины и мокнул его в один из трёх общих чанов с кипящим бульоном, стоявших на столе.

— И как ты этими палками так вертишь, — оторопело глядя на него, пробурчал Боря. Ему управляться с азиатским столовым прибором сложно.

— Просто он с Владивостока, — бросив взгляд на Влада, хмыкнул Филипп Волков. Он тоже прибыл на нашу дружескую встречу со своей теперь уже официальной невестой. Той самой Зиной Смирновой, которую сначала родители хотели выдать за меня, когда я был ещё простолюдином. Но после победы Волковых над Андориными, к моей радости, ей нашли более выгодную партию.

После того как ребятки посмеялись над шуткой Филиппа, за нашим огромным столом на несколько секунд воцарилась тишина. Ее довольно быстро решили нарушить Яна. Глядя на Влада, она гордо проговорила:

— Да, «всего». Аскольд справился с этим. Арвин справился. И теперь пришла моя очередь! В среду увидите, чего я стою!

— Да мы и так знаем, что ты бесценна, — улыбнулась сестрёнке Алиса.

— Вот здорово! — выпятила грудь Яна, а затем резко дёрнув рукой, выдернула из чана с бульоном сварившуюся лапшу.

Две секунды мы удивлённо пялились на неё.

— Что? — изобразила смущение чемпионка Юго-Восточной Москвы. — Что-то не так?

— Вот кто тут истинный мастер владения бамбуковыми палочками, — проворчал Боря.

— Очевидно, не впустую сестрица время тратила, пока всё лето жила в Японии, — проговорила Варя Оболенская.

Дружеские посиделки в китайском ресторане в понедельник вечером прошли весьма душевно.

А на следующий день начались первые поединки финального тура. Мы с Соней в этот день в Кремль не ездили, потому что ни Яна, ни Миша Лежалый не выступали. Кроме того, работы в Москве у меня было много. А ведь скоро ещё и выпускные экзамены В «Алой мудрости» надо будет сдавать.

И всё же вечером в гостиной моего московского особняка с Соней и братьями некоторые бои мы посмотрели в записи.

— Какой же зверь этот Казимиров! — сквозь зубы процедила Соня, глядя на экран телевизора, с которого после победы над соперником самодовольно скалился великий княжич Варшавский.

— Если бы не судья, он бы точно убил своего противника. Больной ублюдок! — прорычал Боря.

— Ты только на людях так не вздумай выражаться, — покосился на брата Глеб и тяжело вздохнул. — Давай хотя бы личное оскорбление, которое не задевает его род.

— «Ненормальный урод» пойдёт? — раздражённо бросил Борис.

— Уже лучше, — отозвался Глеб и снова повернулся к экрану. — Нда... И ведь правила с этими «умышленными» или «неумышленными» травмами весьма размытые.

— Что дышло, куда повернул, туда и вышло, — пробурчал Боря.