АН (цикл 11 книг) (СИ)

— Мой принц, нужно ли так резко идти против Её Величества и других князей?

— Что-то выступление императрицы совсем тебя из колеи выбило. Возьми себя в руки. Великокняжеский род мы или собачки Рюриковичей? Изменой считается лишь нарушение прямого приказа. Вот только князьям очень редко приказывают.

Троекуров не спешил с ответом.

Замолчав, я уставился на приёмный блок.

— Я понял вас, Аскольд Андреевич, — голос князя Выборгского прозвучал на удивление бодро и даже весело. — Мы с Её Величеством предполагали, что у вас сложится своё мнение насчёт происходящего.

Хмыкнув, я вновь включил микрофон:

— Так что же, ваше предыдущие слова были проверкой?

— Нет, не проверкой. Её величество в самом деле хотела бы, чтобы вы и Софья как можно дольше находились вдали от внутренних дрязг. Но всё же она сразу сказала, что как поступить решать вам и только вам."

"— Очень мудро со стороны её величества. И раз мы перешли к откровенному разговору, Антон Иванович, я искренне надеюсь, что вы не станете использовать чувство долга Софьи и не загрузите её работой по восстановлению базы, чтобы подольше задержать в Африке?

— Не стану, Аскольд Андреевич, — коротко ответил Троекуров.

Наша беседа с князем Выборгским продолжалась ещё тридцать две минуты. Когда основные вопросы были обсуждены, Троекуров сообщил, что теперь ему нужно побеседовать с приёмной дочерью.

Мы с Андреем Оболенским задержались в здании главного штаба. Поговорили с начальником базы и главой Африканской разведки, после чего великий князь Тверской пошёл проведать «завхоза», а я вышел на улицу и пошёл к ангару с космодоспехами.

Меня приметили издали. Алиса, одетая в брюки и рубашку тёмно-зелёного цвета (цвета военной формы великого княжества Тверского), рванула мне навстречу. До этого девушка явно что-то чинила, и у неё в руки осталась маленькая отвёртка.

— Заколоть меня хочешь? — усмехнулся я. — Привет, сестрёнка.

— Привет, Аск. Ты в курсе новостей? Про тебя и Соню? — резко спросила она.

— В курсе. Ты-то откуда знаешь?

— Пф! Яна позвонила из своей Японии. А ей Юля Евгеньевна сообщила. Я Соне звонила, но она, как обычно, трубку не берёт.

— Как обычно? — не понял я. Вроде бы во времена её обучения в «Алой Мудрости» не было проблем с тем, чтобы дозвониться до нашей «Царицы».

— Да она как затворницей стала, ни с кем особо не общалась, вот и бросала телефон где попало на беззвучном режиме, — отмахнулась Алиса.

— Надо бы отучать её от такого…

— Надо бы. Но сейчас не об этом, Аск! Ты… ты не знаешь, это правда насчёт того, что она…

— Не веришь словам императрицы? — хмыкнул я. А затем посерьёзнев ответил: — Правда.

— То есть получается, всё это время она жила вдали от своей настоящей семьи? — выпалила сестра.