АН (цикл 11 книг) (СИ)

И с каждым ударом охотно тратила энергию, создавая вокруг себя невидимое ледяное поле. Враг начинал замерзать, а вместе с тем и замедляться.

«Пора»! — мелькнуло в голове девушки. А затем где-то на задворках её сознания всплыл образ нахального светловолосого юноши, который так любит бить противнику ногой в голову с разворота.

Закованный в лёд сапог Софьи Троекуровой врезался в закрытый шлемом висок противника.

Вражеский Мастер пошатнулся, попятился, не успел заблокировать прямой удар ногой в корпус.

«Ещё немного… ещё чуть-чуть, и я дожму его!» — подбадривала себя уставшая Соня, засыпая врага ударами.

А затем справа от девушки что-то вспыхнуло. Это что-то стремительно приближалось. Соня поняла, что продолжать свой натиск на Мастера молний крайне опасно.

С огромным сожалением девушка отпрыгнула назад и возвела ледяной щит.

— Проклятые бесы! Сколько же вас здесь?! — зарычала она, когда в её щит врезались техники сразу трёх атрибутов.

Изо всех сил Софья принялась вливать жи́ву в трескающийся щит.

— Гр-р-р!!! Чернобог вас всех забери!!!

«Справимся до прибытия подкрепления? Ага, как же… Нам бы продержаться! Продержаться!»

Пришедший в себя после пропущенных ударов Мастер-молний выставил указательный палец, с которого тут же сорвалась тонкая, но очень яркая молния.

Софья возвела второй щит, защищаясь от неё.

«Продержаться… хоть бы продержаться…»

Каким-то чудом девушка заметила ещё одну вражескую атаку.

На сей раз слева от себя.

Каким-то чудом, находясь под натиском минимум четырёх Мастеров, она смогла поставить третий щит на пути каменного копья.

Копьё будто бы и не заметило этот щит, пробив его и оставив рассыпаться исчезающими ледяными осколками.

— Кха…, — сдавленно прохрипела Соня, когда копьё пробило её стихийный доспех, покров и живот.

Два других щита с треском разлетелись на осколки. На одних лишь волевых усилиях девушка смогла сохранить контроль над жи́вой, даже несмотря на торчащее из её тела толстое копьё.

Огненные шары, молнии и ледяные дротики врезались в неё, сметая с ног.

Кувыркаясь будто поломанная кукла, Софья пронеслась с десяток метров и рухнула на бетонную дорогу недалеко от гаража для военной техники.

Обожжённая, с несколькими переломами и множеством открытых ран, она с трудом подняла голову и разлепила веки.

Увидела уцелевшую и, судя по зелёному огоньку, всё ещё функционирующую камеру на стене гаража.

«Камера? — пронеслась в голове девушки отвлечённая мысль. — Ну давай… попробуй, запечатлеть бесславную смерть дочери имперского рода…»

Она безвольно рухнула.

В памяти девушки стремительно всплывали воспоминания её двадцатилетней жизни, которые странным образом перемежались с воспоминаниями о необычном повторяющемся сне.