АН (цикл 11 книг) (СИ)

Алиса добродушно улыбнулась. Софья улыбнулась ей в ответ. Вот только с каждой секундой её улыбка наполнялась грустью.

— Знаешь, Соня, — серьёзным тоном начала Оболенская, — хоть я в полной мере не понимаю, что у тебя на уме, хочу сказать одно… Подумай, чего ты сама хочешь. На самом деле. Уверена, твои близкие помогут тебе воплотить в жизнь твою мечту. Не только родители, но и даже я, могу быть чем-то полезной. И уж точно Аскольд.

«Что я хочу на самом деле? — вспыхнуло в мыслях удивлённой цесаревны. — На самом деле… На самом деле я хочу стать Софьей Александрит! И уничтожить Годуновых!»

Глава 24

Двадцать седьмого марта моему местному телу исполнилось девятнадцать лет, и в честь этого знаменательного события Оболенские устроили приём в Твери. Ведь младший сын великого князя Тверского — важный член семьи.

А за день до моего дня рожденья в Твери родился ещё один мой двоюродный брат — Владимир Вадимович Никитин. Роды проходили прямо в Кремле, в одной из двух специально подготовленных комнат. Аристократки редко рожают «на выезде». Да и во многих великокняжеских родовых усадьбах имеется помещение со всем необходимым медицинским оборудованием и обученным персоналом на случай экстренных мер. И пусть Мари не аристократка, великая княгиня Тверская видела в ней «подругу по счастью», так что настояла, чтобы ни в какую больницу Мари не отвозили и предоставили ей поистине княжеские условия.

Малыш Вова четыре часа пробивался на поверхность под крики Мари, хлопоты врачей и под зорким глазом изумлённой Вероники Ладиной.

Вообще, с присутствием моей целительницы на родах связана занятная история. Варвара Семёновна Ладина — целительница великого князя Тверского, которая ставила меня на ноги ещё во время прошлогоднего турнира, взяла шефство над двумя молоденькими целительницами — моей Вероничкой и Арвиновской Светой. Задавила опытная сударыня юных коллег своим авторитетом. Она-то и настояла, что Веронике необходимо практиковаться принимать роды заранее, «Чтобы потом детей господина не угробить!»

Но на самом деле Вероника просто постояла в сторонке, её особых способностей не потребовалось, со всем справились акушерки. Разве что она принесла в палату расслабляющие благовония из храма и сделала особый травяной чай для роженицы.

А вот самой Варваре Семёновне через недельку после моего дня рождения пришлось попотеть, чтобы облегчить появление на свет моего единокровного брата — наследного великого княжича Тверского, которому с моей лёгкой подачи дали имя Арсений. Удивительным образом, оно пришлось по душе всем членам главной семьи великокняжеского рода Оболенских.