Мир Аматорио. Исчезнувшая

***

Однажды Алессия сказала мне: «Поверь, в жизни бывают моменты, когда ничего нельзя исправить. Даже с помощью больших денег. Вот тогда это уже можно считать поводом для печали». Я была с ней согласна. До тех пор, пока ее сын не вырвал из груди мое сердце и бросил его под мчащийся поезд.

Я понимаю, что в мире есть намного страшнее вещи, чем предательство популярного парня-квотербека, в которого я имела глупость влюбиться. Я понимаю, что в мире каждый день парни бросают девушек и жестоко обращаются с ними. Но все же не могу справиться с разрушающей болью.

Как только я представляю Кэша и незнакомую девушку, словно в сцене из порно, как только в моей голове звучит его голос, когда он говорил, что я была для него игрушкой, в меня вонзаются тысячи невидимых ножей. И каждый из них добирается до моего сердца и режет. Режет. Режет…

– Привет, Кимми, – в школьном лобби мне улыбается Тайлер. – Как ты себя чувствуешь после болезни?

– Привет, – мне не удается изобразить даже жалкое подобие улыбки. – Мне уже лучше, спасибо.

Как бы мне не было невыносимо и плохо, я все-таки должна продолжать жить. Продолжать подниматься с постели, приводить себя в порядок и ходить в школу. Несмотря на то, что мне хочется остаться у себя в спальне и не выбираться из нее ближайшие несколько лет.

– Ты почти месяц не ходила в школу, а мне кажется, будто прошло полгода, – говорит Тайлер.

Мой друг не знает, что произошло со мной за этот период. Но Тайлер даже не догадывается, насколько он прав. С некоторых пор время для меня приняло совершенно другое измерение.

С того момента, как я получила злосчастное видео, прошло чуть больше недели. И каждый из этих дней был ужасным. Я не могла нормально спать. Я не могла нормально есть. Я даже не могла нормально дышать. Любая секунда была моим личным адом."

"Но я нашла в себе силы занести в черный список номер Кэша и заблокировать его во всех соцсетях. А еще убедиться, что вентиляционное отверстие в хозяйственной комнате находится под ежеминутным наблюдением. Я приняла все возможные меры, чтобы Кэш больше не мог до меня добраться. По крайней мере, на территории моего дома.

Конечно, у меня чесались руки отправить ему сообщение, полное обвинений и обиды. Но я знала, что это только усугубит мое положение. Я пообещала себе, что больше никогда и ни за что не предстану перед этим парнем слабой игрушкой, которой он меня все время считал.

Между тем, Тайлер сегодня явно преследует цель вырвать меня из печального молчания. Мы направляемся к шкафчикам по заполненному школьному холлу, и по пути он рассказывает, что случилось в академии во время моего отсутствия.

– Чем ты собираешься заняться на весенних каникулах? – интересуется Тайлер после того, как ему не удается вызвать во мне интерес к разговору.