Мир Аматорио. Исчезнувшая

Мне не терпится увидеть, как она вместе со мной перерастет все стадии неопытности, застенчивости и смущения. Как она превратится в смелую, требовательную и раскрепощенную. И я тот, кто развратит ее. Тот, кто погубит ее. Тот, с кем моя хорошая девочка станет плохой.

Усиливая давление, я провожу языком круг по ее клитору. Ким тяжело дышит, ее припухшие губы приоткрываются, в ложбинке между грудями скатывается капля пота. Ее лицо – смесь мольбы и раздражения, поскольку я испорченный ублюдок, и дразню ее самым наглым образом.

Я намеренно довожу ее до грани и намеренно отправляю обратно.

– Кэш, – в ее голосе слышится боль. – Пожалуйста, дай мне…

– Кончить? – спрашиваю я с хитрой ухмылкой. – Скажи это слово, принцесса. Скажи, что ты хочешь со мной кончить.

– Пошел ты, – огрызается Ким.

Она удивляет меня, когда хватает меня за волосы и прижимает мое лицо к своему центру. Я издаю глубокий стон и набрасываюсь на нее. Я облизываю ее, втягиваю клитор в себя и отпускаю. Я делаю это так интенсивно и одержимо, что Ким не выдерживает. Она разводит шире бедра и предоставляет мне лучший доступ.

– Да, вот так, принцесса. Откройся для меня и кончи на мое лицо, как хорошая девочка.

Теперь я понимаю, что Ким прилежная ученица не только в «Дирфилде», но и в постели. Она быстро учится и схватывает на лету правила. Она берет то, что хочет, и ее требовательность, черт возьми, заводит меня. Я впиваюсь в ее киску безжалостно, заставляя дрожать Ким под моими настойчивым языком и губами.

Я продолжаю играть с ней и делаю это сильно. Слабо. Снова сильно, и Ким издает тихий стон, который может убить меня и мой член. Кэш-младший умоляет меня его освободить из боксеров, но я призываю его успокоиться, потому что эта ночь посвящена Ким. Я должен показать принцессе, что со мной ей будет…"

"– Как хорошо, – шепчет Ким.

Всего лишь хорошо?

Этого недостаточно.

Это, блядь, вызов.

– Это не предел, принцесса.

Ким настолько мокрая, что два моих пальца с легкостью проскальзывают в нее. Подушечкой большого пальца я нажимаю на ее клитор и потираю его грубыми кругами. Продолжая погружать в нее пальцы, я надавливаю на ее чувствительную точку, и Ким поднимает руку, чтобы прикрыть свой рот тыльной стороной ладони.

Но я мгновенно убираю ее руку от губ, обхватив ее за запястье и припечатав ее в матрас.

– Никогда не делай этого со мной, ясно? – рычу я. – Я должен слышать тебя, когда ты кончаешь.

В наказание я прикусываю ее клитор, и Ким задыхается. Ее прекрасные глаза закатываются, когда она достигает вершины. Ее всхлипы перерастают в громкий стон, и я чувствую, как она дрожит и сжимается вокруг моих пальцев.

– Кэш… К-кэш! – стонет Ким, содрогаясь.

– Скажи это еще раз, – требую я.

– Кэш! – кричит Ким. – О! Как же приятно.