Мир Аматорио. Искушение

Я смотрю на нашу фотографию, которую сделал Даниэль. На ней Десмонд обнимает меня со спины. Мы не смотрим на камеру. Вместо этого мы не отрываем глаз друг от друга. Такие счастливые, красивые и влюбленные, даже не подозревающие, что нас ждет.

Моргнув, я смахиваю слезу. Я не знаю, как дальше вынесу это. К горлу подступает желчь от одной мысли, что в течении следующих месяцев я буду видеть Десмонда в академии и заставлять себя вести, как ни в чем не бывало. Будто в моей груди не разбилось вдребезги сердце. Будто мне легко дышать, и каждый вздох вовсе не обжигает легкие.

Я хотел быть счастливым с тобой.

Его голос звучит в голове, и я испытываю нестерпимую боль. С тех пор, как Десмонд оставил меня, она не затихает ни на секунду. Она разрастается, подобно чуме, убивая все живое во мне с прогрессирующей скоростью. Наверное, я ее заслужила.

Я возвращаюсь в спальню и в кровать, натянув покрывало до подбородка. Знаю, что уснуть снова скорее всего не получится. Как и не получится привыкнуть к тому, что я потеряла Десмонда.

На парковке перед академией при виде его новой Bugatti, мое сердце бьется с удвоенной силой. Я ожидаю увидеть Десмонда. Но неприятный комок разочарования подступает к горлу, когда из низкой спортивной машины выбирается Кэш вместе со Стивом.

Наверное, мне стóит подойти к Кэшу и выяснить, где его старший брат. Но меня словно к месту пригвоздили. А когда оцепенение отпускает меня, я разворачиваюсь и иду на урок.

После нескольких уроков горечь и боль не покидают меня. К ним добавляется сильнейшее чувство вины. Десмонд не пришел на занятия, и я ощущаю себя полным дерьмом. Где Десмонд? Неужели ему так плохо, что он решил пропустить школу?

Несмотря на то, что его нет в академии, каждое место в здании напоминает о нем. Шумный кафетерий, забитые учениками коридоры, аудитории, библиотека… По моей спине пробегает трепет от воспоминаний, как мы проводили вместе время и прятались ото всех, чтобы обменяться поцелуями и секретами.

О нем напоминают даже ученики «Дирфилда». Я сотни раз слышу слова «Десмонд» и «гонки». И всякий раз испытываю боль наравне с физической.

Ситуация усугубляется моими страхами, которые растут с каждой чертовой секундой. Я так боюсь сегодняшнего вечера. Я еле сдерживаюсь, чтобы все бросить и написать Десмонду, чтобы он оставался дома, а не участвовал в заезде с Уильямсоном. Но разве Десмонд послушает меня? Наверняка мой номер в его черном списке.

Во время очередного перерыва я складываю тетради вместе с учебниками в шкафчик. Рядом со мной стоит Тайлер и увлеченно рассказывает, что купил себе поддержанный автомобиль.

– Поздравляю с покупкой машины, – я стараюсь выдавить из себя улыбку.

– Спасибо. Ты слышала, что сегодня будут гонки?

Господи, даже Тайлер говорит об этом.