Амалия. Книги 1-5

– Право, я не понимаю… – начал Горохов с неудовольствием.

– Николай Петров, – вмешалась Амалия. – Студент Горного института. Он ведь был вашим осведомителем, не так ли?

Адриан Спиридонович покосился на хорошенькую, взволнованную девушку, на невозмутимое лицо барона Корфа, покорился судьбе и сел – точнее, повалился на стул.

– Гм… – Он побарабанил пальцами по столу, и в его взгляде Александр, который тоже умел читать людей как книги когда хотел, увидел настороженность и желание не выдать больше, чем они могли бы знать сами. – Право же, я затрудняюсь… Такая распространенная фамилия…

– Вам известно, что его убили? – без обиняков спросила Амалия.

Лицо Адриана Спиридоновича помрачнело.

– К сожалению… Подобные происшествия в нашей практике случаются, несмотря на… Он ваш жених? – быстро спросил он.

Александр сделал вид, что не заметил, как Амалия кивнула. Горохов забормотал слова соболезнования, но девушка перебила его.

– Николай Петров оставил письмо для вас. Прошу прощения, что позволила себе его вскрыть. Полагаю, данные, которые в нем указаны, представляют для вас первостепенный интерес.

Она извлекла из сумочки мятый конверт и протянула его Горохову. Поколебавшись, тот взял его."

"– Здесь указаны, – продолжала Амалия, – приметы лиц, причастных к цареубийству, и их имена – не все, потому что все Петрову известны не были, к тому же эти господа предпочитали конспирации ради обходиться кличками. Кроме того, в письме содержатся подробные сведения о готовящемся покушении, так что, если бы Петрова не убили… – Облачко набежало на лицо девушки. – Возможно, он помог бы предотвратить то, что случилось, – тихо закончила Амалия.

– Да! – зачем-то горестно уронил Горохов и, развернув письмо, углубился в чтение. По мере того как глаза его скользили вдоль строк, лицо приобретало все более и более сосредоточенное выражение.

Александр едва мог усидеть на месте. Теперь он горько жалел, что не поддался искушению и отказался читать письмо, предназначенное другому. «Что же там такое может быть?» – думал молодой офицер.

– Вы подтверждаете, что Петров был вашим осведомителем? – подала голос Амалия.

Горохов поднял голову.

– Полагаю, из письма это и так ясно, – довольно желчно ответил он.

– Тогда к чему его слова в начале письма, что он пишет вам, несмотря на то, что перестал доверять? – спросила Амалия. – И еще странная фраза, что он все же рассчитывает на вашу порядочность, потому что уже не знает, где враги, а где друзья?

Адриан Спиридонович поморщился.

– Петров узнал, что в полиции у террористов есть свой человек, – буркнул он. – Кое-кто из них хвастался, что у них везде есть свои люди. Обычное вранье, конечно, но Петров заволновался.