Амалия. Книги 1-5

Прошло еще две минуты, но Питу они показались вечностью. Он недоумевал и злился. Чего ждет этот мерзавец? Почему не стреляет? И где, черт возьми, он вообще сейчас находится?

Пуля расколола зеркальное стекло, за ним осыпалось еще одно. Зеркала жалобно звенели, острые осколки летели Питу в голову. Он переместился и застыл за пианино. Выстрел следовал за выстрелом, и вскоре во всей комнате не осталось ни единого целого зеркала.

– Сдавайся, Пит, – прозвенел из темноты голос Билли. – Видишь, никого больше не осталось. Только мы с тобой. Если ты не сдашься, я вынужден буду тебя убить.

Пит ответил непристойной бранью, и это были последние его слова. Следующая пуля попала ему в грудь, и он сразу же умер.

Билли неторопливо поднялся из своего укрытия и, держа в руке «кольт», подошел к своему старому врагу. Бандит Пит лежал на спине, раскинув руки. Струйка крови бежала из его рта, глаза были широко раскрыты.

– Передай Тиму Фланагану, что Билли Пуля его не забыл, – сказал Билли спокойно и, давя каблуками валяющиеся повсюду осколки стекла, направился к выходу.

14

– Билли, ты цел? – такими были первые слова Амалии, когда он спустился вниз.

– Вроде бы, – степенно ответил молодой человек, которого за меткость стрельбы прозвали Пулей. – Что с ними? – спросил он, кивая на три неподвижных тела на полу.

– Стив ранен, – доложила Амалия, – но дышит. Я начала расспрашивать Гранта, но он потерял сознание. Младший Грант тоже еле дышит. Надо идти за доктором. И еще, – она поколебалась, – во что бы то ни стало надо найти третьего.

– Кого? – удивился Билли.

Амалия указала ему на стол, за которым сидели хозяева, когда ворвались незваные гости.

– Смотри.

Стол как стол. Сахарница, молочник, три чашки, блюдо с булочками…

– Видишь, тут три чашки, – сказала Амалия. – А когда мы вошли, за столом находились только Гранты, отец и сын.

– Ясно, – со вздохом произнес Билли. – Вы хотите сказать, что… Амалия!

В следующее мгновение он кинулся вперед, заслоняя ее от выстрела. Раздался странный, чавкающий звук, и Билли повалился на ковер лицом вперед.

– Билли! – вне себя закричала Амалия.

Она хотела броситься к своему приятелю, но ее остановил сухой старческий смешок.

– Нет-нет, дорогая леди. Сначала бросьте револьвер.

Амалия разжала пальцы и медленно подняла глаза.

Нет, этого человека она никогда не видела прежде. Это был старик с чрезвычайно благообразной физиономией, окаймленной подстриженной седой бородой. Глаза у старика были пронзительно-голубые, словно омытые небом. В левой руке он держал палку, на которую опирался, а правая сжимала нешуточных размеров револьвер.

– Можете не беспокоиться за своего друга, юная леди, – со старомодной учтивостью промолвил старик.