Амалия. Книги 1-5

Волосы у мальчика были черные, кожа на лице – загорелая до бронзового оттенка. Теперь, когда у него отобрали палку, он стоял, смешно растопырив руки, и беспомощно водил ими в воздухе.

– Он чист, сеньор, – буркнул один из цепных псов Санчеса.

– Конечно, чист, – обиженно сказал калека. – Я мылся всего два месяца назад.

Его слова вызвали бурный хохот у подчиненных Санчеса. Мальчик застыл с обиженным выражением на лице, вытянув тоненькую шею в сторону тех, кто так беззастенчиво потешался над ним.

– Извини, амиго, – сказал Санчес, когда приступ хохота, душивший его, немного сошел на нет, – Мигель совсем не то хотел сказать. Ну, ты и шутник! Пепе, верни мальчишке палку! Видишь, он даже стоять без нее не может.

Пепе с гримасой отвращения бросил палку к ногам слепого. Все покатывались со смеху, глядя, как калека стоит с протянутой рукой, ожидая, что ему отдадут его единственную собственность.

– Она около твоих ног, – подсказал Санчес.

Слепой неловко нагнулся и стал шарить руками по песку. Кто-то догадался ногой отбросить палку примерно на метр, и когда калека распрямился с недоумевающим лицом, хохот стал еще громче.

– Грешно так издеваться над убогим, сеньоры, – проговорил он, и голос его задрожал от сдерживаемой горечи. – Тем более что у меня дело к сеньору Санчесу, а вы только и знаете, что смеетесь надо мной.

Санчес метнул на ржущих кабальерос суровый взгляд, подобрал с земли палку и вручил ее калеке. Тот радостно вцепился в нее.

– Какое у тебя ко мне дело, друг? – спросил Санчес. – Говори, только поживее, потому что я должен еще сегодня прикончить парочку гринго.

На всех лицах расцвели веселые улыбки.

– Мне велели, – сказал мальчик, – передать вам вот это.

Он нырнул свободной рукой в складки одежды и достал из них какой-то грязный камень коричневатого окраса.

– А… – выдохнул Санчес, как зачарованный глядя на камень, лежащий на ладони калеки. – Кто велел тебе его передать?

– Люди на лошадях, – ответил мальчик. – Если вы и в самом деле сеньор Санчес, то это ваше. Так они сказали.

Острый луч солнца пронзил ничем не примечательный камень, и из самой его сердцевины вдруг брызнул сноп острых искр. Санчес молча снял алмаз с ладони калеки."

"– Что еще тебе велели передать? – проговорил он, пытаясь казаться спокойным.

– Они попросили меня, – мальчик наморщил лоб, – передать вам, чтобы вы отпустили какого-то гринго, которого держите. За это они готовы вам отдать остальные камни.

– И ты взялся передать мне все это? – вкрадчиво осведомился Санчес.

Калека пожал плечами.

– Ну да, сеньор. Мне за это заплатили.

– Сколько?

– Целый серебряный доллар, – гордо ответил слепой и снова нырнул рукой в складки одежды. Теперь на его ладони оказалась блестящая монета.