Амалия. Книги 1-5

Интересно, он хоть немного спал в эту ночь?

– Надо было тебе меня разбудить, – сказала ему Амалия, поднимаясь в седло. – Я бы тоже покараулил, а ты пока поспал.

Билли коротко мотнул головой.

– Не, – сказал он. – Я и так спать не собирался.

Они затоптали костер и, сев на лошадей, поехали по направлению к возвышающимся вдали красноватым горам. Пегая лошадь Билли то и дело танцевала и сбивалась с шага.

– Н-но! Но, Птица!

Птица мотала головой и не слушалась повода.

– Что такое? – спросила Амалия, когда на одном из поворотов Билли остановился так резко, что чуть не вылетел из седла.

– Сам не пойму, – проворчал бандит. – Может, она дурман-травы наелась?

– А это что такое? – заинтересовалась Амалия.

– Ты что, не знаешь? – недоверчиво спросил Билли.

– Я же не из здешних мест.

Билли поскреб в затылке.

– Ну, дурман-трава – это такая дрянь, от которой лошадь начинает чудить. Видит, скажем, лужу и решает, что перед ней река. А бывает и наоборот: река без брода начинает казаться ей совсем не опасной.

– А-а, – протянула Амалия и без особых усилий поехала вперед на своем сером в яблоках. Пегас-Птица тотчас ринулся за ней, отчего Билли едва не вылетел из седла вторично.

– Нет, это не дурман, – пропыхтел Билли, косясь на бесстрастного Эмилио. – Слушай, ты что с моей лошадью сделал?

– В каком смысле? – удивилась Амалия.

– Да ведет она себя странно, вот что!

– Может, у нее просто ноги расковались? – предположила Амалия.

Они остановились. Билли сошел с лошади, но, когда он захотел осмотреть ее копыта, она захрипела и попятилась.

– Тихо, Пегас, – скомандовала Амалия, соскакивая на землю.

– Пегас? – Билли так и подскочил на месте.

– Ну да, я так называл твою лошадь, а что?

Пегас фыркнул и мотнул головой. Амалии он без всякого протеста дал осмотреть все четыре подковы.

– Нет, ноги в порядке, – резюмировал «Эмилио», сдвигая шляпу на затылок.

Билли стоял на месте и, тяжело сопя, косился на своего спутника.

– Черт знает что! – выпалил он с яростью. – Мало того, что ты платок отнял и шляпу, да по морде съездил, так еще и лошадь мою заговорил!

Он пнул ногой землю. Несколько камешков подскочило в воздух.

– Слушай, – рассердилась Амалия, – честное слово, я тут ни при чем!

– Ну да, ни при чем! – выкрикнул Билли. – А лошадь больше не хочет, чтобы я на ней ездил! Думаешь, я не вижу?"

"Амалия тяжело вздохнула и только руками развела. Что правда, то правда – она всегда обожала лошадей, и ей легко было найти с ними общий язык.

– Это вышло просто случайно, – сказала она. – Просто тебя долго не было, и твоя Птица успела от тебя отвыкнуть.

– Да что ты можешь знать об этом? – разошелся Билли.