Амалия. Книги 1-5

Туловище ее все еще извивалось. Амалия, глядя на это, почувствовала, как ее пробирает дрожь.

– По-моему, ты ей понравился, – заметил Билли. – Господи, ты же чуть не сел на нее!

– Билли, – прошипела Амалия, когда обрела дар речи, – больше никогда так не делай, черт тебя дери!

– Ладно, – легко согласился Билли."

"– И выбрось эту дрянь отсюда! – Амалию все еще била дрожь.

– Зачем? – удивился Билли. – Мы из нее суп сварим.

– Суп? – Амалия оторопела.

– Ну да, – беззаботно подтвердил Билли. – Ты никогда не пробовал суп из гремучки? Прелесть что такое!

Какую-то долю секунды Амалия готова была поверить, что сходит с ума, но тут она заметила веселые искорки в глазах Билли и поняла, что он смеется над ней.

– Отлично, – свирепо отозвалась она, – первым блюдом будет суп из гремучей змеи, а вторым – филе из Мэллоуна.

Билли захохотал и, широко размахнувшись, отшвырнул змею прочь.

– Ты догадался, да? Понимаешь, это старая ковбойская шутка – суп из гремучей змеи! – Он так смеялся, что даже начал кашлять.

– Что с тобой? – спросила Амалия встревоженно.

– Ничего. – Он пытался прекратить кашлять, но вместо этого зашелся еще сильнее.

Амалия побледнела и поднялась с места.

– А ну-ка, сними шляпу.

– Зачем?

Амалия сняла с него шляпу и положила руку ему на лоб.

– Эй, что такое? – заворчал Билли, притворяясь, что сердится.

– У тебя чахоточный кашель, вот что такое, – сказала в сердцах Амалия.

Билли побледнел.

– Нет у меня никакого…

– И температура выше, чем должна быть.

– Я немного простудился…

– Хватит врать! В твоей семье кто-нибудь умер от чахотки?

Билли отвел глаза.

– Мама.

Амалия вздохнула и потерла переносицу. Значит, и у этого бандита была мать, и он тоже называл ее мамой, как и все дети на земле.

– Скажи, что ты пошутил, – внезапно попросил Билли. – У меня ведь нет чахотки?

Амалия закусила губу.

– Ты часто кашляешь?

– Бывает иногда.

– Дышать легко? Кровью не плюешься?

– Было пару раз, – нехотя ответил Билли.

Амалия покачала головой.

– Это плохо, Билли. Тебе надо лечиться.

– Не надо мне лечиться! – с неожиданным ожесточением сказал Билли, швыряя в костер ветки. – Моей матери док тоже сказал: поезжайте в теплые края, вам будет лучше. Мы и переехали в Силвер-Сити. Она пекла пироги. Была такая веселая… – Глаза его наполнились слезами. – Всегда пела… И даже за два дня до смерти верила, что все будет хорошо, все образуется… Черта с два! – злобно выпалил он. – Она захлебнулась кровью. Вот так все и образовалось.

– А потом? – тихо спросила Амалия. – Что было потом?

– Меня взяли в приемную семью. – Билли криво усмехнулся. – Не за спасибо, конечно. Я мыл стаканы в салуне, с утра до ночи. Я не выдержал и сбежал.

– А твой отец?

Билли дернул плечом.

– У меня нет отца.

Они замолчали.