Амалия. Книги 1-5

 – Вы хотите пришить убийство адвоката мне? Но ведь вы же знаете, что его ухлопал в отместку за подлог завещания Леонар Тернон! Он же так и написал: «Ты умрешь вторым!»

– Ну мало ли что я знаю… – задумчиво промолвила Амалия. – Может быть, записка была подброшена только для отвода глаз, чтобы скрыть истинный мотив преступления. Может быть… – Она внезапно замолчала.

– Но я не трогал адвоката! – взмолился Белоручка. – Клянусь вам! Да, я украл безделушки, но Боваллон в то время был уже мертв!

Амалия провела рукой по лицу.

– А вот об этом, месье, пожалуйста, расскажите поподробнее. Итак?

– Ну, в общем, – пробормотал Белоручка, – в тот самый день, когда его убили, я был у себя в каюте и прикидывал, как бы мне подобраться к сейфу… И тут ко мне явился второй помощник, Марешаль. Он-то и сообщил мне, что Боваллон убит. – Вор замялся.

– Что было дальше? – подбодрила его Амалия.

– Дальше? Ну, я пришел в каюту адвоката… Сказал Марешалю, что пока осмотрю место преступления, а он тем временем пусть соберет людей, чтобы я мог их допросить. По его глазам я понял, что он ожидал от меня именно таких действий… В общем, Марешаль ушел, а я… Я даже не знал, что мне делать! Я обошел кресло, в котором находилось тело адвоката, и только тогда заметил, что дверца сейфа приоткрыта.

– Приоткрыта? – недоверчиво переспросил Рудольф.

– Ну да, ну да! – заторопился вор. – Кроме меня, никого в каюте не было, и я решил посмотреть… ну, просто так… – Он смущенно отвел глаза.

– И что же? – спросила Амалия.

– Все было на месте, кроме одного колье… очень красивого… А меня никто не видел… ну и… Словом, я взял драгоценности.

Амалия нервно постукивала пальцами по подлокотнику кресла.

– Потом вернулся Марешаль, и я, вспомнив, что надо установить точное время убийства, послал его за доктором… а сам принялся опрашивать обслугу. Про остальное вам известно не хуже меня. – Он помолчал, а затем жалобно спросил: – Вы мне верите? Клянусь вам, я никого не убивал! Я вообще никогда в жизни…

– Кстати, насчет колье… – вмешался Рудольф. – Я его помню. Такая дорогущая вещица, вся в рубинах и бриллиантах. Куда оно могло деться? – Перехватив сердитый взгляд Амалии, он заметил: – Наверняка страховую компанию очень заинтересует данный вопрос!

– Надо сказать, что меня он тоже заинтересовал. Так вот, горничная Эжени Армантель вспомнила, что за несколько часов до гибели Боваллон отдал колье ее госпоже. В конце концов, она же дочь умершей мадам Эрмелин, и драгоценности, скорее всего, отошли бы ей.

– Вы узнали у Эжени Армантель, куда она дела ожерелье? – сурово осведомился Рудольф.

– Я спрашивал, – подтвердил Деламар. – Но она… Словом, она не помнит, куда оно запропастилось.