Амалия. Книги 1-5

Даже если Эрмелин по ошибке прикончит Дайкори, мне тоже совершенно наплевать, потому что миллионеров развелось уж слишком много, чтобы сокрушаться по поводу каждого из них. – Тут он охнул, потому что Амалия, которую совершенно выводила из себя его невозмутимость, изо всех сил стукнула его по спине кулачком.

– Рудольф, – заявила она, – вы негодяй!

– Знаю. Но лучше быть живым негодяем, чем мертвым праведником, – отозвался ее кузен с совершенно непрошибаемой самоуверенностью.

– Это же просто нелепо! – снова закричал между тем Кристиан. – Он сказал вам, что он не Тернон, и вы сразу же ему поверили!

– Хватит! – взвизгнула Луиза Сампьер. Она тяжело дышала, на лице ее проступили багровые пятна. – Сразу трое сказали вам, что он – не Леонар! Повторить вам еще раз? Это не Леонар! Это совсем другой человек! Ну, теперь вы успокоитесь, наконец?

– В самом деле, Кристиан, – произнесла Ортанс, морщась. – Убери оружие и сядь на место. Ты просто смешон!

– Зря она так сказала, – вполголоса заметил доктор, неодобрительно качая головой, – теперь он точно не успокоится.

– Поскорее бы это все закончилось! – капризным тоном заговорила примадонна. – Я хочу еще шербета, а слуги боятся подойти!

– Значит, я смешон, да? – кипятился Кристиан. – Ну хорошо! – Он глубоко вздохнул. – Раз вам наплевать на мои доказательства и на то, что Тернон и Нортен – одна фамилия…

– Но меня и в самом деле так зовут! – возмутился секретарь. – Чего он от меня хочет?

– Все это очень плохо кончится, – мрачно проговорил де Бриссак, ни к кому конкретно не обращаясь.

Маркиза вздрогнула и перекрестилась.

– Покажите левую руку, – неожиданно потребовал Кристиан.

– Что? – Нортен побагровел.

– Покажите левую руку, – зло отчеканил Кристиан. – У Леонара Тернона ниже локтя был треугольник из родинок.

– Но послушайте… – в замешательстве начал американец.

– Довольно, Льюис, – вмешался Дайкори. – Покажите этому помешанному руку, а, когда он от вас отвяжется, я прямиком направлюсь к капитану и настою на том, чтобы его заперли под замок.

– Но, сэр, вы не понимаете… – пробормотал секретарь. Было заметно, что он крайне растерян. – Я не могу…

Деламар насторожился.

– Минуточку, – подозрительно проговорил он. – Что значит – не можете?

Глаза Кристиана Эрмелина сверкнули торжеством. Большим пальцем он отвел курок.

– Прощай, Леонар, – спокойно сказал он. И нажал на спуск.

Прежде, чем кто-либо успел сообразить, что делать и как себя вести в столь дикой, немыслимой ситуации, донья Эстебания схватила со стола тяжелый графин и изо всех сил метнула его в стрелявшего. Грянул выстрел, следом раздался пронзительный женский визг, мужчины повскакали с мест. Собачка маркизы металась по салону и заливисто лаяла.