Амалия. Книги 1-5

 – И как бы это выглядело, интересно? «Дорогой месье, мы случайно нашли шедевр Леонардо, который у нас изъяли неизвестные злоумышленники»? Нет, так не годится. Он, конечно, видел, что у меня все перерыли и что-то искали, но правды я ему не сказал.

– Правильно, – кивнула Амалия. – Я думаю, мы сами должны разобраться с этим делом.

– Я бы уже с ним разобрался, если бы не ваше мягкосердечие, – пробурчал Рудольф. Он снял с себя сюртук и накинул на ее плечи. – Держите. Здесь прохладно.

Вернулась фрау Кляйн.

– Вот, – сказала она, протягивая Рудольфу конверт и лист, сложенный вчетверо.

Это было свидетельство о браке Людвига Вернера, сорока трех лет, и девицы Герды фон Лош, тридцати пяти лет. Все подписи и печати стояли на своих местах. Рудольф презрительно скривил губы.

– Очень правдоподобно, – фыркнул он. – Отличная работа, Вернер!

– Говорю вам, – сердито возразил тот, с трудом поднимаясь на ноги (от пережитого потрясения его все еще пошатывало), – она моя жена. – Вернер взял «фрау Кляйн» за руку и поглядел ей в глаза. Любому, кто видел это, стало бы ясно, что он не лукавит.

Рудольф продолжил знакомиться с принесенными женщиной документами. В конверте обнаружилось письмо от адвоката, уведомлявшего г-на Людвига Вернера о кончине его дяди Отто Вернера, каковой оставил ему все свое состояние в благодарность за то, что племянник относился к нему лучше всех прочих членов семьи. Рудольф изучил письмо, осмотрел марку, конверт и штамп на нем, уже признавая, что если он и держит в руках подделку, то она чертовски походит на подлинник.

– Сдаюсь, – сказал Рудольф, возвращая австрийскому агенту его бумаги. – Ну что же, выходит, я малость погорячился.

Вернера аж передернуло от его слов.

– Вы могли бы извиниться, – просипела «фрау Кляйн», она же госпожа Вернер.

– Дорогая Герда, – ответил ей Рудольф, передразнивая ее голос, – вы с вашим Людвигом столько раз пытались меня надуть, что у меня больше нет никакого доверия к человеческому роду.

– Вы так говорите, Рудольф, словно вас и в самом деле можно обмануть, – возразила смертельно обиженная австриячка.

– Один раз вам это едва не удалось, – напомнил немец. – В Неаполе, в таверне «Лев», если не ошибаюсь.

– Где, где? – недоверчиво переспросил Вернер.

– Я тогда упек тебя в тюрьму по обвинению в сводничестве, – пустился в объяснения Рудольф, – а твоя половина явилась, чтобы соблазнить меня и заставить тебя освободить. Первое ей удалось, а вот во втором она не преуспела.

Амалия открыла рот. Вернер побагровел.

– Герда! – взревел он.

– Людвиг, – стонала его жена, – ты ведь знаешь, это только ради блага Австрийской империи! Не горячись, любимый!

– Ты… с этим… – Вернер сжал кулаки.