Амалия. Книги 1-5

– Боже мой… Так вы что же, все знали?

Орест пренебрежительно передернул плечами и сделал вид, что нюхает ближайший цветок. Евгений, казалось, смутился.

– Клянусь вам, Амалия Константиновна, я ничего не знал и не подозревал даже… Но когда я увидел, как он убил Митрофанова… я понял.

Амалия озадаченно смотрела на него.

– Но ведь Митрофанов угрожал нам, разве не так? Что же тут странного, что Орест… что князь Рокотов захотел защитить себя… меня…

– О, нет, – медленно ответил Евгений. – Вы не помните того, что там произошло, Амалия Константиновна, вы не можете этого помнить. Когда Митрофанов схватил Ореста и приставил к его горлу нож, мы все почувствовали, что вот-вот произойдет непоправимое, потому что художник совершенно обезумел, а Орест никоим образом не мог высвободиться. Если бы он попытался хотя бы пошевельнуться, Митрофанов бы без колебаний перерезал ему горло. Но Орест… отвлек Митрофанова. Он сказал художнику… вернее, шепнул: «Это я ее убил!» Я прочел его слова по губам. И Митрофанов оцепенел… Вот тогда Орест резко вывернулся, вырвал у него нож и убил его. Вы не видели этого, Амалия Константиновна… Вы от ужаса зажмурились в тот миг, но я-то – я не зажмурился, я все видел…

Рука Полонского, державшая револьвер, ходила ходуном. Орест метнул на графа хмурый взгляд и незаметно зачерпнул ладонью горсть земли из-под цветов.

– И именно тогда я догадался обо всем, – закончил свой рассказ граф.

– Боже мой… – простонала Амалия. – Боже мой! И поэтому вы вызвали его на дуэль?

Евгений кивнул. Его бледное лицо было очень серьезно.

– Да, Амалия. Я хотел… хотел навсегда избавить вас от этого страшного человека.

– Но почему вы ничего не сказали мне?! – в отчаянии выкрикнула девушка. – Ни мне, ни Саше, ни остальным… Почему?

– Я боялся, что вы мне не поверите, – пробормотал граф. – И потом… Какие у меня были доказательства?

– Надо же, как благородно, – язвительно вставил Орест. – Почему же ты не сказал самого главного, Эжен? Что больше всего на свете ты мечтал избавиться от соперника?

Евгений повернулся к нему, и в следующее мгновение Орест швырнул ему в лицо горсть сухой земли. Граф Полонский вскрикнул и попятился, но прежде, чем он успел сделать что-либо, Орест бросился на него и перехватил руку с револьвером. Не удержавшись на ногах, противники упали, однако Орест успел вырвать у Евгения оружие и дважды выстрелил. Амалия пронзительно закричала и метнулась к выходу, но повелительный голос Ореста заставил ее застыть на месте.

И вслед за этим раздался щелчок отводимого курка.

Ничего не соображая от страха, внезапно заполнившего все ее существо, Амалия медленно повернулась. Орест, сидя на земле, свободной рукой утирал кровь, которая шла из рассеченной губы.