Алый бант в твоих волосах

Заметив, что я проснулся, они тут же бросили свои дела и забрались ко мне на диван.

— Охаё, сэмпай! — радостно поздоровалась на японском Катя и, склонившись, чмокнула меня в щёку.

Над её макушкой торчали два белых пушистых уха. То ли лисьих, то ли кошачьих. А в спутанных волосах виднелся ободок, на котором они крепились. Кажется, вчерашние игры в сэмпай-хокай не закончились. На мгновение у меня возникло желание включиться в эту игру. Но потом я передумал.

— С добрым утром! — повторила за Катей младшая сестра и чмокнула меня в другую щёку.

А потом они обе начали тереться о мои скулы носами, словно девочки-кошки. Прижав руки к груди, Саша смешно подгибала кисти, изображая, что она кошка, и у неё лапки.

— Хватит! Ну всё! Перестаньте уже! С добрым утром! — ответил я сёстрам и приподнялся на отведённых за спину локтях.

Катя всё так же была в пижамке без низа. Сложив ноги под себя, она сидела прямо на моём покрывале. Не в пример старшей сестре, Саша уже надела сиреневый топ, спортивные серые шорты и привела причёску в порядок, собрав волосы в длинный хвост. Она вела себя скромнее. Поэтому, сдвинув покрывало в сторону, просто присела на край кровати.

— Озеро отменяется! — грустно сообщила мне Катя, а затем весело объявила: — Поэтому предлагаю устроить день аниме!

— Почему отменяется? — Я не понял причины столь внезапного изменения планов.

— Из-за праздников! — объяснила старшая сестра, а Сашка смущённо отвела глаза в сторону.

— Каких таких ещё праздников?

— Ну… Красный день календаря! Не тупи, блин! — раздражённо пояснила Катюха.

— А-а! Понял, — догадался я, о чём идёт речь, заставив Сашку густо покраснеть. — Ну и ладно, ничего страшного. Останемся дома.

— Здо́рово! — обрадовалась Катя. — А теперь давай о главном. Ты так долго спал! — начала она с упрёка. — И я устала ждать, когда ты выберешь мне трусики, — словно маленькая девочка, пожаловалась она и скорчила рожицу.

Нет, я не забыл о своих словах. Но зачем же так нагло этим пользоваться? Глядя на старшую сестру, я только сейчас заметил, что в её ушах висят подаренные мной вчера серёжки. Она всё-таки их надела! В лучах утреннего солнца изумруд блестел не хуже хитрых глаз своей хозяйки.

— Может, ты сама выберешь? — предложил я иной вариант. — Сашка вот, вроде, уже оделась.

— Просто скажи. Сегодня будут синие, белые или оранжевые?

— Ох… — вздохнул я и, недолго думая, ответил: — Ну, пусть будут синие.

— Тогда я сейчас их надену! — произнесла Катя и, втянув губы, упёрлась кулачками в низ своей пижамной кофты.

От натяжения ткани декольте стало глубже, обнажив впадинки над тонкими ключицами.

— А сейчас ты в чём? — зачем-то задал я нескромный вопрос.

— Ни в чём, — смущённо ответила Катя и игриво закусила губу.

Я посмотрел на вторую сестру.