Алый бант в твоих волосах

Они так изменились за эти несколько лет!

— А помнишь, как мы пошли купаться, и Катя чуть не утонула? — спросила меня Сашка.

— Помню, но смутно.

— Она хотела подурачиться. Ну, привлечь твоё внимание. А потом реально начала хлебать воду, — призналась сестра. — Ты бросился за нами, намочил одежду. Мы так ничего и не рассказали бабушке. А Катьку потом ещё неделю трясло от впечатлений.

Этих подробностей я не знал. Помню, что сильно тогда отругал их обеих. И чуть не потерял на берегу свой новый смартфон. Бросаясь в воду, куда-то его кинул. А потом долго искал. В сердцах сказал сёстрам, что мне это всё надоело, и, не попрощавшись, уехал домой.

— Катя тогда сильно на тебя обиделась.

— Поэтому она больше мне не звонила?

— Наверное. Но она сильно скучала.

— А ты?

— Я тоже, — в голосе Саши появилось волнение. — Сестра запретила мне разговаривать с тобой.

Вот так и закончилось наше общение. А потом пролетели четыре года, за которые я успел обо всём этом благополучно забыть. Ровно до того момента, когда на пороге моей квартиры нежданно появились они, мои младшие сёстры.

— Почему ты нас…

— Забрал от бабушки? — завершил я вопрос Саши. — Потому что у вас никого не осталось.

— То есть, ты нас не любишь?

— В каком смысле? — взглянув на сестру, спросил я. — Ну ты сама как думаешь? Если бы не любил, то стал бы к себе забирать?

— Не стал бы, — ответила Саша.

— Ну вот! — сказал я и бросил голубям последние крошки.

— А ты помнишь наш день рождения? — помолчав, опять спросила меня Саша. — Те банты и твоё обещание?

— Ты о чём это?"

"— Не помнишь? — вопросительно произнесла Саша, а я напряжённо посмотрел на неё, тщетно пытаясь выловить среди мутных образов воспоминаний какое-то обещание. — Ты сказал, что женишься на той из нас, кто сохранит свой бант до восемнадцатилетия.

Говоря эти слова, Саша дико смущалась. Её щёки покрылись румянцем, а на лбу даже выступила испарина. Она рассказывала об этом, не как о глупом воспоминании из далёкого прошлого, а как о том, отчего зависела судьба всего человечества.

— Ого, вы тут голубей насобирали! Вы их что, ловить собрались⁈ — Размахивая руками, к нам подлетела Катюха. — Ну нет, я не дам бедных птичек в обиду! — Распугав всех птиц, она довольно остановилась возле нас. — И о чём вы тут мило беседуете, а? Голубки́!

— Да тут Сашка рассказывает, как я обещал на вас жениться.

— А-а-а! Ну, было такое. Правда, уже не получится. Бантов-то тех нет! Всё! Расслабься, братик. Твоей личной жизни ничего не грозит! — как всегда беззаботно рассуждала о весьма серьёзных вещах Катька.

— Холодает. Давайте домой? — предложил я и спрыгнул с ограждения.

В моём рюкзаке действительно лежала олимпийка. И сейчас я думал, кому из девчонок её отдать. Кате, которая наверняка ещё не до конца выздоровела.