Алый ангел

В этот момент Лэнсинг стукнул себя по лбу и воскликнул:

– Кэм, что же я себе думаю?! Я собирался сразу же сказать тебе об этом. Жерве Десаз! Он покинул свои апартаменты, никому не сообщив, где его искать. Никто из его знакомых не знает, что с ним произошло.

В наступившей тишине Фокс произнес:

– Джентльмены, время идет. Почему бы вам не начать с самого начала? А потом мы вместе решим, как лучше всего действовать.

Глава 21"

"Жерве Десаз не находил себе места. Фуше должен был вернуться уже несколько дней назад. Молодой человек тихо выругался себе под нос, подумав, что он такой же узник, как и те, кого заперли в комнате наверху. Десаз рассчитывал на то, что к этому времени уже будет навещать увеселительные заведения Парижа, а не сидеть взаперти, словно обычный преступник, в каком-то Богом забытом доме, неизвестно где.

Господи, он ненавидел Нормандию! И нормандцы ему тоже не особо нравились – порода неотесанных провинциалов с вечно поджатыми губами и угрюмыми лицами. А меньше всего ему нравился замок Шато-Ригон. Это был свинарник. Но чего еще можно было ожидать, если люди Фуше – самые настоящие свиньи, сброд, который его начальник взял на службу прямо из канав Парижа? Они осквернили то, что когда-то было красивым, изящным зданием.

Десаз резко обернулся, когда открылась дверь. В дверном проеме появился доктор Маскарона. «Еще один неотесанный провинциал», – подумал Жерве, и ехидная улыбка исказила его красивое лицо. Молодой человек лениво наблюдал, как старик, шаркая, вошел в комнату. Врач оглядывался по сторонам, словно перепуганный кролик, переводя взгляд с одного человека на другого. Наконец его глаза остановились на утонченной фигуре Десаза. Секунду поколебавшись, врач, волоча ноги, приблизился к джентльмену, который выглядел не так угрожающе, как остальные.

– Ваша честь, – сказал он, вперив взгляд куда-то ниже подбородка Десаза. – Я надеялся… то есть… будет ли возможно… – Старик замолчал и начал все сначала. – Скаковая лошадь Маскарона скоро ожеребится, – сказал он.

Не успел Десаз сообразить, как отреагировать на это экстраординарное замечание, как один из мужчин, сидевших за карточным столом, встал и, шатаясь, подошел к ним. Это был Саварин, проныра и главный здесь после Фуше. Когда его рука опустилась на плечо доктора, старик заметно вздрогнул.

– Что, старый коновал? Уже соскучился по своим овцам и козам? Тебе что, не по душе наше общество?

Саварина чрезвычайно развеселила собственная реплика. Он громко расхохотался.

Старик сжался и плаксивым голосом сказал:

– Я никогда не пытался выдавать себя за кого-то, кем не являюсь. Я не врач, и говорил вам об этом с самого начала. Я лечу животных, а не людей.

Рука, лежавшая на плече старика, сжалась, и испуганного человечка грубо встряхнули.