Алый король

Поток направляемой павонидом биомантической энергии излился на самые глубинные уровни организма Собека, разбивая клетки и составляющие элементы самой сути легионера.

Практик, терзаемый мучительной болью, забился в фиксаторах внутри контейнера. Направляемая Хатхором мощь изменяла его тело, разрывала в клочья и перестраивала с фундаментальных слоев. Ощутив раздирающее душу страдание воина, Азек сбросил его в бездонную пропасть подсознания.

Он не смог бы перенести то, что сейчас испытывал Собек.

+Прекратите!+ мысленно закричал апотекарий. +Вы убиваете его!+

+Мы его спасаем!+ прорычал Маат.

+Ариман, останови его!+ потребовал Пентху.

+Нет. Мы пойдем до конца,+ отрезал корвид.

Судьба уже изменялась в соответствии с его предвидением. Вслед за глубинными сдвигами в организме практика по телу самого Азека прокатывались отголоски боли.

+С меня хватит,+ отправил апотекарий, поднося болт-пистолет к виску Собека.

Ариман выбросил руку вперед, и оружие мгновенно развалилось на составные части. Снаряды, затвор, магазин, приклад, ствол и спусковая скоба с лязгом рассыпались по базальтовому полу.

+Мы пойдем до конца,+ повторил корвид.

+Будь проклята твоя гордыня, Азек!+

Тот оставил вспышку Пентху без внимания. Ариман не имел права отвлекаться: всякий раз, когда Хатхор Маат вносил новое изменение, варианты будущего разветвлялись вновь. Заметив, что в их сплетении резко уменьшилось число сценариев, завершающихся жуткой смертью практика, Азек воспрянул духом.

+Получается!+ крикнул он.

Собек мучительно взвыл и забился в адских конвульсиях. Медицинский модуль контейнера издал пронзительные сигналы тревоги, на всех его экранах вспыхнули символы биологической опасности.

+Продолжаем!+ отозвался павонид, разум которого словно бы стонал от напряжения — Хатхор Маат переписывал сотворенный Императором код жизни. Упиваясь мощью своего дара, адепт преобразовывал пациента, обрубая все аномальные ветви противоестественной эволюции.

Человечество уже многие тысячи лет управляло развитием нижестоящих форм жизни, но никогда не получало мгновенных результатов. Благодаря искусственной селекции люди с незапамятных времен одомашнивали растения и диких животных, но пересоздание Собека, несомненно, было величайшим достижением в области генетики.

Удел практика с каждой секундой становился все очевиднее. Ариман трудился на пределе возможностей, и у Санахта дрожали руки от усилий по поддержанию телепатического моста. Хатхор внутренне ликовал, зная, что первым в истории совершает столь восхитительное деяние.

Павониды обладали чудесным даром биомантии, но польза от ее применения часто оказывалась преходящей. Жизнь по природе своей стремилась поддерживать устоявшиеся формы и функции.