Алый король

Увернувшись, атенеец вскинул парные клинки, поймал ими, словно лезвиями ножниц, меч неприятеля и крутанул его в сторону. Отскочив вбок, Люций удержал оружие и уклонился от ответного выпада.

— Отлично, — похвалил Санахт. — Ты почти достал меня.

— Тебе понравилось увиденное? — спросил тот, отшатываясь. Соперники закружили среди деревьев.

— Весьма… поучительное зрелище. Что произошло с твоим легионом? Я насмотрелся такого…

— Долгая история. — Испещренное шрамами лицо легионера подергивалось в свете деревьев.

— Ты ведь сам порезал себя, верно?

— Да, — признал Люций, выписывая мечом восьмерки. — В тот момент это показалось мне хорошей идеей.

— Поверишь, если я отвечу, что из-за женщины?

— Ты же видел мое прошлое, так что найди ответ сам.

Чужое скверное воспоминание всплыло в сознании Санахта, и он тряхнул головой.

— Тебе не пришлось: она уже готова была покончить с собой.

— Что тут скажешь? Вот так я действую на…

Атенеец не дал ему договорить. Он бросился вперед, направляя Шакала к шее Люция. Тот шагнул в сторону и заблокировал черный кристаллический клинок. Крутнувшись на пятке, Санахт с треском впечатал локоть в скулу противника.

Сын Фулгрима пошатнулся; не давая ему опомниться, атенеец отбил меч соперника вбок и с размаху ударил его в лицо крестовиной своего оружия. Раздался хруст костей.

Отпрыгнув назад, Люций обильно сплюнул кровью и, ухмыльнувшись, облизнул заостренные зубы раздвоенным языком. Но атенеец еще не закончил. Он не собирался обмениваться солдатскими подначками между выпадами — только не сейчас. Развивая успех, Санахт проник в рассудок неприятеля, стер грязь осознанных мыслей и изучил низкоуровневые рефлексы, управляющие телом неприятеля.

Когда они скрестили клинки в прошлый раз, атенеец недооценил соперника. Больше такого не повторится.

Люций отступал — проворство и самоконтроль не помогали ему справиться с отточенным натиском Санахта, который дополнял свое мастерство фехтования псайкерскими навыками. Пока еще сын Фениксийца отражал выпады темного и светлого мечей, но вечно так продолжаться не могло.

Закончилось все очень быстро.

Шакал вонзился Люцию в бок. Тут же Санахт подсек противника ногой под колено, и легионер Третьего рухнул навзничь, не успев сгруппироваться. В следующий миг атенеец навалился на соперника, прижал его правую руку одним наколенником и надавил другим ему на шею.

Санахт поднес клинок к горлу Люция так близко, что силовое поле обожгло кожу.

— Говорил же, что одолею тебя.

— Если ты тоже умрешь, это засчитают как победу? — уточнил отпрыск Фулгрима.

Опустив взгляд, атенеец увидел, что острие серебристого меча упирается ему в самый тонкий участок доспеха, чуть ниже ребер.