Алые ночи

 — В отгороженном занавесками помещении в глубине шатра гадалки Сара вдруг задумалась: что Майк успел рассказать ее родителям в тот вечер, когда они договорились пожениться?

Саре не понадобилось много времени, чтобы надеть прямо поверх своего платья цыганский балахон и вдеть в уши серьги-обручи Тесс. Зато теперь повязку с левой руки, украшенной кольцами, можно было наконец снять.

Поддавшись интуиции, Сара попросила отца раздобыть подушку, чтобы изобразить беременность. Она надеялась, что в цыганском покрывале и с густо подведенными глазами ее никто не отличит от Джос.

Прилаживая на плоский живот Сары подушку, доктор Шоу заметил:

— Надеюсь, парень, за которого ты вышла, сделает мнимое положение настоящим. Внуков много не бывает. Как думаешь, Сара, я уже очень стар, чтобы тренироваться вместе с Майком?

Она поцеловала его в щеку.

— Папа, для меня ты всегда останешься достаточно молодым для любых занятий.

Отец с улыбкой помог ей опустить на лицо покрывало, а поверх него водрузил красный тюрбан. На руке Сары блеснули кольца. В таком виде ее было трудно отличить от Джослин.

— Ну, давай, — напутствовал ее доктор Шоу, а Сара заметила, как неожиданно шевельнулась и вновь замерла занавеска, прикрывающая вход в шатер. В других обстоятельствах она не придала бы этой мелочи значения, но теперь догадалась, что это Брюстер Ланг шныряет по всей ярмарке.

Как только отец ушел, Сара негромко произнесла:

— Мистер Ланг, все в восторге от вашего печенья.

Пройдя в переднюю, открытую для посетителей часть шатра, она поудобнее устроилась на низком стуле. Перед ней стоял круглый столик, который Шеймас расписал астрологическими символами и радужными звездами, по другую сторону стола был приготовлен стул для посетителей.

У входа ждала одна из старших школьниц, вызвавшихся помочь на ярмарке, и Сара разрешила ей по одному запускать посетителей.

Час спустя ей уже хотелось закричать во весь голос, что и она не прочь перевести дух. Горожане заранее знали, что роль гадалки согласилась взять на себя Джослин. Может, потому, что в городе она жила недавно, или из-за покрывала, но люди приходили в шатер не только за предсказаниями: они изливали Саре душу и со всей серьезностью воспринимали каждое ее слово. Вскоре она обнаружила, что проводит что-то вроде сеансов психотерапии.

— Может, мне уйти от него? — спрашивала одна женщина. Сара знала ее и была уже готова выпалить: «Да, и поскорее!», но словно вопреки собственной воле посоветовала ей обратиться к консультанту из Уильямсберга, помогающему жертвам бытового насилия.

— У моего мужа есть любовница?

Сара заверяла посетительницу, известную своей патологической ревностью, что муж ни в чем не виноват перед ней.