Алые ночи

"

"В других обстоятельствах Люк поделился бы открытием со всеми жителями Эдилина, но в то время был настолько подавлен, что избегал общения. Втайне от всех, с помощью своего деда он восстановил потайной ход — судя по всему, проложенный еще во времена Гражданской войны, как часть «подпольной железной дороги», предназначенной для спасения беглых рабов.

Дед Люка умер, Люк никому не рассказывал про потайной ход — до тех пор, пока Тесс не обнаружила его сама, заинтересовавшись странным квадратным люком в полу прямо посреди ее спальни. Люк позаботился о том, чтобы со стороны комнаты на крышке люка не было никаких ручек, и запер его изнутри, но это не помешало Тесс поддеть доски ломом. Она спустилась по лестнице, принесенной Люком, и при свете фонарика прошла по темному сырому коридору. А когда споткнулась о спящего Люка — и обнаружила, где он прячется, когда его никто не может найти, — то оба пережили приступ паники. Но вскоре успокоились, вернулись в квартиру Тесс, и Люк рассказал о своей неудавшейся личной жизни. А Тесс — о своем брате и о том, почему она поселилась в Эдилине. Объяснять, что она по уши влюблена в своего босса Рэмзи, который приходился Люку двоюродным братом, ей не понадобилось: об этом, по словам самого Люка, уже знал весь город. Но Тесс пришлось еще долго ждать, прежде чем о ее чувствах догадался сам Рэмз.

После первой чудом состоявшейся и, как ни странно, не переросшей в истерику встречи между Тесс и Люком возникли прочные узы. Никто из городских сплетников даже не подозревал, что Люк часто приходит в гости к Тесс по потайному ходу и даже ночует у нее в свободной спальне. И вот теперь она позвонила Люку и передала просьбу брата.

— Сейчас проверим, правильно ли я тебя понял, — отозвался Люк. — Ты хочешь, чтобы я подстроил что-нибудь в квартире Сары так, чтобы вынудить ее переселиться в твою — потому что твой брат, которого я, кстати, в глаза не видел, хочет тайком пробраться к тебе в спальню и застать в ней Сару. Так? И все это среди ночи?

— Именно. Потайной ход еще цел?

— Зарос паутиной и кишит всякой ползучей мелюзгой, но подпорки еще крепкие.

— Так ты мне поможешь?

— У меня только один вопрос.

— Какой?

— Твой брат женат?

— Нет. А что?

— Думаешь, он сумеет отбить Сару у Андерса?

— Мой брат способен отбить даже Джоли у Питта.

Люк застонал.

— Знаешь, порой мне очень жаль своего двоюродного брата.

— Соперничество Рэмзу только на пользу, — отмахнулась Тесс. — А как Джос?

— Так себе. Только что выяснилось, что до конца беременности ей предписан постельный режим, иначе мы рискуем потерять близнецов. Зато благодаря нам фамильное генеалогическое древо продолжает разрастаться, и Джос этому страшно рада.

— Передай ей, что мысленно я рядом и завтра обязательно позвоню.