Кодекс «Альтмана»

Раздосадованный и встревоженный, Смит торопливо шагал за президентом «Альтмана», стараясь не потерять его из виду. МакДермид дошел пешком только до Центральной станции подземки. Джон выждал двадцать секунд, купил билет и двинулся следом. Людей на платформе было немного, и он остановился, проверяя, не следит ли за МакДермидом кто-нибудь еще — тайный соглядатай либо телохранитель.

Появился поезд, и МакДермид вошел внутрь. Джон проскользнул в тот же вагон через соседнюю дверь. МакДермид двинулся вперед по ходу поезда и наконец отыскал свободное место на скамье из нержавеющей стали. Он уселся и вперил взгляд в пространство, стараясь не встречаться глазами с усталыми соседями по вагону и не обращая внимания на красочные рекламные плакаты. Все они были написаны китайскими иероглифами и ничем не напоминали те времена, когда Гонконг не зависел от материкового Китая и все объявления здесь дублировались по-английски.

Джон прошел в противоположный конец вагона и ухватился за вертикальную стойку, полуобернувшись, чтобы видеть отражение МакДермида в стекле. Его удивило, что такой богатый и влиятельный человек ездит в метро. Может быть, ему недалеко ехать? Не хочет пользоваться служебным или частным транспортом, находясь в чужих владениях? Ему надоели пробки на улицах? Он экономит? Или попросту не хочет, чтобы кто-нибудь, даже шофер или таксист, знал, куда он направляется?"

"Поезд ехал довольно плавно и тихо. МакДермид не оглядывался по сторонам; казалось, он не боится слежки. Он вышел из вагона через две остановки, на станции «Ваньчай». Смит дождался, пока президент «Альтмана» не удалился примерно на десять метров, в самый последний момент протиснулся сквозь закрывающиеся двери и вышел на Хеннесси-роуд. МакДермид спокойной, неторопливой походкой миновал Ваньчай, бывший «квартал красных фонарей» Гонконга. Когда-то он процветал за счет секса и наркотиков, но потом для него настали трудные времена, и наконец Ваньчай превратился в бурлящий деловой район. Теперь здесь теснились новые небоскребы, а самые лучшие и современные отели запрашивали за номер более трех тысяч долларов в сутки, но нехватки постояльцев не ощущалось.

Сунув руки в карманы, МакДермид шагал по ярко освещенной Локхарт-роуд, последнему прибежищу проституции. Эта улица хранила былую репутацию и мишурный блеск прежнего Ваньчая. Девицы маячили в дверях баров и хорошо отрепетированным «пс-сст» зазывали каждого мужчину, который, по их мнению, мог расплатиться за услуги. Здесь были грохочущие музыкой танцевальные клубы с платными партнершами, бары с обнаженными до пояса официантками, дискотеки и шумные английские и ирландские пабы.