Алтарь Горгоны

Но ей рано пришлось повзрослеть. Если бы она только знала, чем все обернется впоследствии… – Анаит снова отвернулась к окну и принялась наблюдать за проносящимися за стеклом пальмами.

– Так это правда, что она сожгла имение собственного отца?

– Так говорили. Отец убил ее возлюбленного у нее на глазах. Да и с самой Анаит обращался очень сурово, а иногда даже жестоко. Нередко унижал и оскорблял ее, держал взаперти. Немудрено, что убийство Федора Апраксина стало последней каплей, переполнившей чашу терпения… Точкой невозврата. Девушка вырвалась на свободу, уничтожив свою прошлую жизнь, оборвав все старые связи.

– Вы знаете, что с ней было дальше?

– В отличие от вас, современной молодежи, я прекрасно осведомлена о своих предках! – проскрипела мадам Анаит. – Она пошла в ученицы к местной ведьме и через пару лет превзошла свою наставницу, но не остановилась на достигнутом, а стала учиться дальше. Благо времени у нее было предостаточно.

– Ну а потом? Она вышла замуж?

– Хватит расспросов, барышня! – гневно отрезала Анаит. – У меня от вас разболелась голова!

Лера и Максим притихли. Остаток пути они проделали молча.

Вскоре лимузин покинул пределы города, поднялся на высокую каменистую гору и остановился у больших чугунных ворот. На каменных столбах по обе стороны от въездной аллеи сидели жуткие черные горгульи, высеченные из какого-то блестящего камня. Этим же камнем были облицованы стены особняка.

Глава двадцатая

Красная линза

Во время прошлого посещения Лере не удалось толком рассмотреть дом, но теперь он предстал перед ней во всем своем мрачном великолепии. С правой стороны к особняку примыкало строение, из которого доносился громкий яростный лай собак. С левой стороны располагался небольшой гараж. Площадка перед домом была выложена мраморными плитками, и от нее вниз по склону горы шла к самой воде каменная лестница.

Водитель Дмитрий важно отпер дверь особняка – ту самую, которую Дэн недавно с легкостью вскрыл обычной заколкой для волос, – и мадам Анаит пригласила Журавлевых войти.

После полуденного зноя Лере и Максиму показалось, что они попали в холодильник. Анаит вела их через просторные залы с блестящими мраморными полами, и цокот ее каблуков гулко отдавался под высокими сводами. В интерьере преобладали черный, серый и белый цвета. С потолков свисали массивные хрустальные люстры. В уже знакомой комнате с большим камином Анаит предложила гостям присесть на мягкий кожаный диван.

– Бестужев говорил вам, что приезд вашей семьи в Новый Ингершам был не случаен? – хмуро спросила она. – Что все было тщательно спланировано этим толстым интриганом?

– Сказал, но так и не объяснил, зачем ему это надо, – призналась Лера.