Альт-летчик

По итогам смотра корпусу было присвоено имя: «Стражи пролетарской революции», но главным итогом было небольшое совещание в узком кругу в доме незабвенной Кристины Павловны. Присутствовали Ульянов-Ленин, Дзержинский, Сталин, Урицкий, Борейко, два брата Бонч-Бруевичи и Кетлинский. Ну и я. Не забыл я пригласить и Григоровичей, старшего и младшего. Речь, в первую очередь, пошла о Декрете о праве наций на самоопределение. Выполняя перелет и сопровождение наших бортов из Англии, мы обнаружили конвой германских судов и кораблей на подходе к Турку. Финские «егеря» договорились с Вильгельмом, и тот начал переброску двух пехотных дивизий в Финляндию. К этому времени большая часть Восточной Финляндии подняла красные флаги. То есть установила Советскую власть. В Гельсингфорсе – двоевластие. Там сильны позиции прошведских партий, и, хотя сил и средств у флота хватает, чтобы удержать одну из самых больших в мире морских крепостей, вполне возможны провокации. Две дивизии немцев, даже поддержанные еще тремя дивизиями «егерей», это не та сила, чтобы захватить Гельсингфорс. У нас с немцами временное перемирие, которое они нарушили. На 11 октября, 25 октября по новому стилю, немецких частей в Финляндии не было. Требуется вызвать Мирбаха и предъявить ему ноту.

– Северо-Западный фронт, его войсковые части, крайне неустойчивые соединения. Если немцы начнут новое наступление, то фронт рухнет, – сказал главный военный специалист генерал Михаил Бонч-Бруевич.

– Михаил Дмитриевич, у меня под рукой почти полный корпус истребителей-бомбардировщиков, пикировщиков и летающих лодок-бомбардировщиков. Перемышль помните? Много немцы там смогли сделать, пока там действовали мои эскадрильи? Нас сейчас в шесть раз больше, и большая часть летчиков имеет хороший боевой опыт. Показательную порку устроим в Аландской части Финляндии, если, конечно, Вильгельм не отведет свои войска. На территории Финляндии немецкие калибры не складированы, а мы потопим все, что будет направлено туда. Сил и средств достаточно, топливо из Грозного я подтянул. Насколько я в курсе, а адмирал Григорович не даст мне сказать лишнего, у нас единственные в мире линкоры-ледоколы. Они в состоянии действовать свободно в западной части Финского залива. Англичане совершенно не напрасно, увидев растущую эффективность нашей армии, воспользовались недовольством царствующего дома мной лично, и постарались лишить русскую армию нового оружия, и инициативного командующего, за две плавающие консервные банки, которые ни одного выстрела в этой войне не сделали."

"– Это так, господа, извините, товарищи комиссары, как морской министр, я был против такого обмена, но, к сожалению, к моему мнению не прислушались.