Альт-летчик

Родзянко дал утром телеграмму от имени Государственной думы и объявил Государственный заём на строительство первого аэропорта в стране. Может быть, кто-нибудь на него и подписался, нам это неведомо, мы денег из казны не получали. Горсовет передал авиакомпании три здания, в которых расположились рабочие, управление строительством и будущие мастерские, и произвел отвод земли под строительство «Омск-Центрального». Всё! Но мы доставили в город керосин, дефицит которого был огромным, несколько цистерн с мазутом, благодаря чему смогли оплатить работу по выравниванию и уплотнению летного поля, без привлечения дополнительных капиталов. Удалось изготовить цистерны под топливо и масло и начать строительство ангаров. Я же вывез генерала от кавалерии Сухомлинова в Петроград, бывшего командующего округом, арестованного еще в марте и ожидавшего суда в тюрьме, он летел вместе с группой «депутатов» от правых партий. Они хотели встретиться с Керенским, чтобы «покончить с Советами». Флаг в руки! Кто сейчас в Петрограде хоть чем-нибудь занимается? Пусть катятся! Генерала Сухомлинова «попросили» отправить в столицу представители офицерского собрания Омска. Офицерство сильно «пострадало» в первые месяцы революционных изменений. Они, как и генерал Ульянин, сбивались в стаи и мечтали о военной диктатуре, прикрываясь необходимостью вести боевые действия против Германии до победного конца. Они не понимали и не хотели понимать своей ответственности за военные поражения и настроения солдат на фронте. Они мечтали утопить революцию в крови, вспоминая 1905–1907-е годы, когда царь и его министры решились на кровавые разборки. «Патронов не жалеть!» Их требованиями были: ввести вновь смертную казнь в России, военно-полевые суды для расправы с инакомыслящими, военное положение и ликвидировать революционно-демократические организации на территории России. Совсем чуть-чуть. Повсеместно создавались тайные военизированные организации, членами которых был офицерский состав армии и флота. Это движение поддерживали монархисты Гучков и Путилов, внучатый племянник того самого Путилова. Они и финансировали эти организации. В России назревал очень серьезный кризис и захват власти настоящими «фашистами». Я об этом знал и с удовольствием посетил их сборище в Омске. Тыловые округа особенно тяжко болели этим «недугом». Значительное количество фронтовых офицеров этим не страдало, так как разобрались на месте, что виноват в поражениях не только Николай и его семейство. В скором времени они составят костяк командного состава Красной Армии и приведут ее к победе."

"Наиболее сильны наши позиции были именно в столице, поэтому я и принял решение первыми рейсами отправить отсюда именно участников будущего заговора.