Альпийский узел

Обратите внимание, группа ряженого капитана Нахабцева воспользовалась не этой дорогой – они свернули с трассы недалеко от предместий и въехали в Тильгау с запада, а не с востока. Предлагаю поискать этот проезд – для общего, так сказать, сведения.

Съезд с дороги обнаружился метров через семьсот, вблизи начала городской черты. От города его загораживала приземистая скала, а дальше дорога тянулась по безлюдной местности через лес, в объезд вытянутого холма.

Автоматчики Маркуши округлили глаза, когда у них за спинами появились знакомые машины.

– А вы неплохо поколесили, товарищ майор, – признал Маркуша. – Через Вену ехали? И как оно там?

Создавалось досадное ощущение, что напрасно расходуется ценное время. Последующие события тоже не радовали. Остаток дня ушел на повторный опрос жителей деревни. Все местные находились на месте, никто не сбежал. Госпожа Леа Томель возилась на крохотном участке, ухаживала за цветником. Супруги Моритц пили чай на веранде, а когда в деревню въехали люди с красными звездами на шапках, быстро составили посуду на поднос и ретировались в дом. Господин Никлас Рихлер, возившийся до этого в гараже, тоже спрятался в доме.

Оперативники курсировали между домами, проводили опросы. Ордер от прокурора на это не требовался, австриякам хватило ума это понять. Они с обреченным видом пускали чужаков на свою территорию, сквозь зубы отвечали на вопросы. Фотограф из НКВД сделал посмертное фото Хубера. На нем вражеский агент выглядел не самым цветущим образом, но, в принципе, был узнаваем.

– Это он… – задрожала госпожа Хелена Хубер, обнимая своего улыбчивого ребенка. – Да, это он, почему вы спрашиваете? Думаете, я его не узнаю? И не называйте его, ради Христа, Хубером! Никакой он не Хубер! Это я Хелена Хубер! А как зовут этого страшного человека, я не знаю! Он тайком пробрался в наш дом, нагнал страха на нас с Нико! Он угрожал перерезать горло моему мальчику, как я должна была к этому относиться?

Некрасивая женщина дрожала от возмущения, сильно нервничала, но эту нервозность можно было понять. Оперативники в этот день не отличались учтивостью, смотрели сурово, задавали неудобные вопросы. Женщина бледнела, а когда бледнеть уже было некуда, процесс оборачивался вспять, и она покрывалась пунцовыми пятнами. Была ли она замужем? Нет, не была, и не делайте вид, будто вас это волнует! Был мужчина, много лет назад, но все, что от него осталось, – вот этот неполноценный ребенок, которого Хелена безумно любит! Не пытались ли нацисты отобрать у нее ребенка и отправить в специальное учреждение? Наличие в рейхе умственно неполноценных людей, мягко говоря, не приветствуется и идет вразрез с представлениями о великой расе.