Чистый углерод. Алмазный спецназ - 2

Он не торчал, как мешком пришибленный, и не дискутировал об унылом — сидел себе на верхней ступеньке крылечка и с безмятежным видом прихлебывал виски из горлышка. Самое толковое поведение в данной ситуации, оценил Мазур. Наш человек.

— Я сбегаю узнаю, что тут было? — спросила Мадлен.

— Сбегай, — сказал Мазур. — Мне самому интересно.

Она застучала каблучками вверх по крыльцу. Мазур, чуть отступя от зевак, поставил сумку, закурил и поднял один из бумажных листков, в изобилии разбросанных вокруг — листовки, конечно.

Местного языка он не знал, не мог даже определить, на котором из трех напечатано — но имелся и английский текст, написанный довольно гладким слогом и практически без ошибок — ничего удивительного, среди этой публики хватает интеллигентов с образованием, интеллигент — он и в Африке интеллигент, вечно борется — главным образом против чего-то, а вот за что, он и сам толком не знает. Строго по Троцкому: «Цель — ничто, движение — все». Впрочем, Мазур где-то то ли читал, то ли слышал, что «лев революции» эту хлесткую фразу не сам придумал, а у кого-то из немецких авторов девятнадцатого века скоммуниздил.

Так-так-так… Сто раз читанный набор трескучих лозунгов: земля будет гореть под ногами империалистов и их прислужников… долой всех на свете эксплуататоров… встает заря свободы… в общем, революционный пожар бушует по всей Галактике.

А это уже конкретика: Революционный Фронт генерала Рамадоса (генерала, фу-ты, ну-ты, ножки гнуты!) торжественно извещает, что с этого дня расширяет арену борьбы с мировым империализмом, проклятой буржуазией и прочими реакционными гидрами, которые вскорости заплачут горькими слезами, а там буду! окончательно изничтожены возмущенным народом в лице его лучших представителей типа революционных фронтовиков генерала Рамадоса. Короче, трепещите, халдеи.

Для Мазура, знатока африканских дел, все было просто и понятно, как перпендикуляр. Ничего нового, ничего удивительного. Рамадос подыскал-таки спонсоров (которыми могут оказаться кто угодно) — и решил шагнуть на ступеньку выше, резко повысить статус. У этой публики свои понятия, иерархия и система ценностей. Фронт — гораздо круче отряда… Лубебо — дыра жуткая, но это все же, как ни смотри, город. Партизаны устроили налет на город, разгромили жандармскую казарму, вероятнее всего и заложников взяли. Это уже гораздо престижнее, нежели обстреливать из зарослей воинские машины, валить телефонные столбы, закладывать мины на магистралях и грабить «реакционные» деревни. Есть основания ожидать притока и новых сторонников, и спонсорских денег… Если…

По ступенькам сбежала Мадлен, подошла к нему. Личико у нее было сумрачное.

— Заложников взяли? — спросил Мазур.

— Ага, человек десять.