Алмазная пыль

Только представь, как удивятся хохлы, узнав, что больше не могут сбрасывать в зону неугодных или устраивать диверсии на наших трубах?

– Ну да. Чубы точно дыбом встанут, – усмехнулся Юра.

– Вот именно. А значит, чтобы взять зону под наш контроль, нам нужно сделать так, чтобы паренёк старательно налаживал для нас коридор.

– Тогда, может, стоит отпустить поводок? Он уже четвёртый месяц с территории не выходит. Прежде чем начинать работать, ему придётся о себе позаботиться.

– Что ты имеешь в виду? – с интересом спросил Художник.

– Вы и сами знаете. Жилья у него нет, работы нет, связей нет. А с таким лицом у него точно ничего не выйдёт. Он ведь через границу за товаром прилетел.

– Ну, дальше, дальше, – поторопил своего телохранителя Художник. – Чего ты кота за хвост тянешь?

– Всё просто, Павел Андреевич. Прикажите сделать ему лицо, верните бабкину квартиру. А пока он на операции полежит, пока реабилитационный период пройдёт, дело со стенкой и сдвинется. Начнётся строительство, ему деваться некуда будет.

– А куда он сейчас денется? – быстро спросил Художник.

– В зону свалит. Сами говорите, его здесь ничто не держит. А как обрастёт хозяйством, сразу по-другому думать начнёт.

– Бабкину квартиру, говоришь? – задумчиво протянул старик. – Нет. Не пойдёт. Он мне в Москве нужен."

"– Ну, про квартиру это я так, к слову. Да и не станет он за город цепляться. Главное, чтобы свой угол был. А уж где, как, это дело десятое.

– Квартиру, квартиру, квартиру, – задумчиво пропел Художник. – Тоже не годится. Ему, при его делах, жильё нужно такое, чтобы поменьше посторонних глаз было. В глуши.

– Так с этим ещё проще, – пожал плечами Юра. – Тут как раз несколько домов в Подмосковье конфисковали у торговцев дурью. Выбрать один в местечке потише да записать на него. Пусть хозяйничает.

– А вот это мысль, – одобрительно кивнул Художник. – Машину он водит. Так что техникой обеспечим. Заодно будет место, где свой дельтаплан хранить сможет. Решено. Пойдём, порадуем нашего гладиатора.

– А почему гладиатора? – удивился Юра.

– А потому, друг мой, что этот парень сейчас себя чувствует, как гладиатор на арене. Один, против целой своры дикого зверья в лице наших умников.

Рассмеявшись, штабс-капитан согласно кивнул и, пробормотав в микрофон кодовую фразу, означавшую выход объекта, решительно распахнул двери. Быстро пройдя по коридору к номеру, где жил Пашка, они остановились у дверей и, заговорщицки переглянувшись, дружно кивнули головами.

Решительно постучав, Юра открыл дверь и, едва шагнув на порог, шарахнулся в сторону. В нескольких сантиметрах от его головы просвистел привязанный к электрическому шнуру весьма увесистый предмет.