Алмазная пыль

Понимая, что имея рядом поддержку в виде директора Конторы, может позволить себе лишнее, Пашка оттолкнул его руки и, оторвав от тела все датчики, сварливо ответил:

– Хватит, вы уже моей кровушки на три года вперёд напились. Мне сейчас вместо всех ваших микстур чашка хорошего чаю больше поможет.

– Вот это разговор, тёзка, – весело отозвался Художник и, сделав врачу знак не вмешиваться, что-то быстро пробормотал себе в воротник.

В ту же минуту в палату ввалились два бойца его личной охраны и, подхватив Пашку с двух сторон, быстро вынесли из палаты. Понимая, что спорить в данной ситуации себе дороже, главврач отступил в сторону с независимым видом, а-ля я умываю руки.

Не обращая на него внимания, глава Конторы вышел из палаты и, усмехаясь про себя, направился в номер, по пути позвав с собой Агафоныча. Увидев, что его подопечный очнулся, неугомонный старик вдруг куда-то исчез, появившись в номере со странным свёртком в руках.

Увидев на столе исходящие паром чашки с ароматным чаем, он одобрительно кивнул и, достав из пакета керамическую бутылку, с хитрым видом принялся осторожно разливать содержимое. По чайной ложке в каждую чашку. По номеру расплылся странный цветочный аромат. Внимательно принюхавшись, Художник удивлённо покосился на Агафоныча и, качая головой, спросил:

– Только не говори мне, что это твоя знаменитая настойка на семи травах?

– Она самая и есть, – усмехнулся Агафоныч. – Три стопки при простуде, пять при всех остальных хворях, ну и по ложечке для профилактики.

– Профилактике чего? Алкоголизма? – не удержался от шпильки Пашка.

– Засранец он и есть засранец, – покачал головой Агафоныч. – Его лечат, а он морду воротит.

– И не думал, – горячо возразил Пашка. – Ну чего ты, Агафоныч? Неужели разучился шутки мои понимать?

– Проехали, – махнул рукой Агафоныч.

– Не обращай внимания, – усмехнулся Художник. – Он от волнения всегда таким злым становится.

– От волнения? – удивлённо спросил Пашка, растерянно глядя на старика.

– Напугал ты меня, парень, – нехотя проворчал Агафоныч, бросив на старого приятеля укоризненный взгляд.

– Чем это?

– Не часто мне такие стрелки попадаются. И не должно так случаться, чтобы молодой, сильный парень, умеющий навскидку комару яйца отстрелить, умирал раньше времени, да ещё и на пустом месте, – тихо сказал Агафоныч, прихлёбывая чай.

– Спасибо вам, дядя Гриша, – тихо сказал Пашка, доставая из пачки сигарету. – За всё спасибо.

– Сочтёмся, – усмехнулся Агафоныч.

– Ну ладно, с любезностями закончили. Давайте о деле поговорим, – проворчал Художник, отмахиваясь от клубов дыма.

– О чём именно? – удивился Пашка.

– Рассказывай, тёзка, как в зоне жил, что делал, где именно обитал. Всё рассказывай.