Аллигат. Исход

Через несколько минут после общения с инспектором отдела кадров, её переключили на другую линию. На мониторе компьютера появился молодой симпатичный мужчина, представившийся специалистом по подбору персонала. Он стал задавать вопросы, требуя отвечать на них правдиво и максимально быстро.

Скрывать Ольге было нечего, поэтому она не сбилась, когда мужчина неожиданно переходил то на французский язык, то на английский, чередуя вопросы о её профессиональных навыках с вопросами личного характера. Пристально всматривался в её лицо и остался довольным, особо подчеркнув, что для них очень важно, что она не замужем, не имеет детей и в отношениях, не зарегистрированных в загсе, не состоит. Заработная плата на период двухмесячного испытательного срока показалась Ольге заниженной, но после него она увеличится вдвое, что прозвучало заманчиво.

Под конец собеседования за спиной специалиста по подбору персонала неожиданно возник другой мужчина, такой же молодой и симпатичный. Он наклонился к монитору и, прищурившись, уставился в глаза Ольги. Она ответно смотрела на него, чувствуя, как краснеет. Исчез он так же быстро, как и появился. Объяснений она не получила.

— Какие чёрные дыры? — с опаской поинтересовалась мама.

— Такое чувство, что им нужен не переводчик, а… шпион, — рассмеялась Ольга, разливая чай по чашкам. — Всё время ждала приказа встать и покрутиться перед камерой. Так сказать, ждала указания показать себя со всех сторон.

Мать с сомнением покачала головой, взяла кекс и с наслаждением его понюхала.

— Может, дочка, не поедешь в Горск? — спросила она. — Поищешь работу здесь?

— Посмотрим, — уклонилась она от ответа.

— Ты уже выбрала, куда полетишь на отдых?

— На Бали, недели на две, — размечталась Ольга.

О поездке в Лондон говорить матери не хотелось. Поездка будет короткой — дня три-четыре, не больше. А вот острова манили. От отдыха на море она не откажется.

— В солярий ходила, — заметила мама нежный загар дочери. — Тебе идёт. И волосы красивые стали. А вот Светочка с ума сошла после ухода Лёши. Не знаю, что с ней делать, — положила она руку на грудь, часто и тяжело вздыхая.

Ольга насторожилась."

"— Начала пить? — вспомнила она, как та интересовалась наличием у неё виски.

— Уж и не знаю, что хуже — пить или… — замолчала мама и, отодвинув чашку с недопитым чаем, подалась через стол к младшей дочери. Понизив голос, продолжила: — Связалась она с какой-то Лалой. Целыми днями то по телефону с ней разговаривает, то пропадает где-то, опять же с ней. Да, я как та шпионка стала, — закивала она. — Всё подслушиваю да подсматриваю. А куда деваться, Олюшка? Кто та Лала? Имя цыганское что ли и выглядит… — она замолчала, вспоминая, подбирая нужные слова.