Альковная тайна содержанки

 – Ты же совершенно не переносишь насилия!

– Ну, ради тебя я готов на все… – вздохнул Леня и добавил: – И потом, я же сказал – в самом крайнем случае!

– Ну вот, – возмутились Лола, – а я уже подумала, что ты ради меня действительно готов на подвиги…"

"– Кстати, не надо недооценивать мой личный вклад в операцию, – продолжил Леня совершенно другим тоном, сухим и самодовольным. – Ведь это именно я рассчитал, в какую точку и под каким углом должна упасть телекамера, чтобы разбить сверхпрочное стекло витрины. И с оператором Первого канала я сговорился, чтобы он поставил штатив в нужном месте. Думаешь, это было просто? Ты не представляешь, сколько мне пришлось с ним выпить пива! Я уж не говорю про общее руководство операцией…

– Ты слышишь, Пу И? – воззвала Лола к песику. – Так еще немного – и мы с тобой будем вообще ни при чем! Этот ужасный человек припишет себе все заслуги! Себе и этой зазнавшейся попугаихе… а если уж по справедливости, то страховую премию заработал именно ты… – и она поцеловала песика в нос.

– Представляю, сколько он на нее накупил бы орехового печенья! – оставил за собой последнее слово Маркиз.

Лола открыла дверь своим ключом и весело завопила из прихожей:

– Ребята, я пришла! Почему никто не встречает?

В неубранной неуютной гостиной сидел Маркиз с обвязанным горлом и страдал. Лето пошло на убыль, начались затяжные холодные дожди, и Леня подхватил где-то простуду, что для него было нехарактерно. Рядом на диване возлежал Аскольд и работал котом, то есть грел хозяину бок и ласково мурлыкал. С другой стороны жался Пу И, он тоже недомогал. И только попугай, дремавший на спинке дивана, выглядел умиротворенным и вполне довольным жизнью.

– Где ты была? – хрипло осведомился Маркиз и приоткрыл слезящиеся глаза.

– Навещала Марусю в детской спортивной школе! – сказала Лола. – Она прекрасно освоилась на новом месте, разговаривает, выучила кучу спортивных терминов. Подозреваю, что она мечтает стать судьей международной категории по восточным единоборствам. Правда, на мой взгляд, она слишком много времени проводит перед зеркалом. Короче, всем вам приветы, а Перришону – поцелуй!

Лола потянулась поцеловать попугая, он заполошно замахал крыльями, как петух на насесте, и слетел с дивана.

– Ишь как его разбирает, – неодобрительно заметила Лола, – то жить не мог без своей Маруси, а то и слышать о ней не хочет!

– Правильно, Перри, – прохрипел Маркиз, – держись от женщин подальше… Мы не созданы для семейной жизни!

Лола сделала вид, что не слышит.

– А что так долго ходила? – сварливым тоном спросил Леня. – Человек тут, можно сказать, умирает…

Известно, как болеет женатый мужчина – он закатывает глаза при малейшем недомогании, плюхается на диван и начинает капризничать.