Чудовищная алхимия. Том 3

Казалось, будто Зефир мог обогнать самого резвого в мире коня, оставив того далеко позади, словно улитку. Тем не менее чернявый отставал не слишком сильно и вскоре достиг опушки, где в траве заметил мохнатую задницу енота.

Брут, видимо, не удержался и свалился по пути. Теперь он, кряхтя, поднимался, не забывая при этом ругаться на своём енотьем наречии.

— Давай ко мне! — притормозил чернявый.

Зверь сначала буркнул что-то нелицеприятное, но через секунду уже сидел на его плече. Леопольд тем временем собрался бежать дальше, как вдруг со стороны подворья раздался то ли рёв, то ли рык — словно там орало какое-то чудовище. Голос, однако, был до боли знакомым, не оставляя сомнений, кто именно так кричал. А следом послышались панические вопли, полные боли и ужаса.

Переглянувшись с мохнатым, чернявый рванул к воротам. Но, добежав, замер, увидев сцену, сошедшую со страниц самой жуткой сказки: весь двор был усеян десятками зверски изувеченных тел и буквально залит кровью, приобретя багровый оттенок.

В нос молодому человеку тут же ударил тошнотворный металлический запах, а прямо у его ног, сквозь звуки боя, слышались жалобные стоны. Опустив взгляд, парень увидел какого-то мужчину. Всхлипывая, тот пытался запихнуть обратно свои сизые внутренности, вывалившиеся после того, как его разрубили пополам вместе с кирасой.

Леопольд перевёл взгляд дальше — туда, где раздавался шум сражения. У входа в дом Зефир, с ног до головы покрытый кровью, пробивался сквозь ряды воинов. И что самое странное — орудовал он при этом… лопатой и киркой.

В тот миг Леопольду показалось, что перед ним не его друг и даже не человек, а какая-то затупленная мясорубка, которая, потеряв остроту, всё равно дробила кости и разрывала плоть одной лишь грубой силой. Да что там кости — ударами простой лопаты Зефир на глазах у парочки друзей, следивших за ним очумелым взглядом, рвал кольчуги и кирасы вместе с их содержимым.

Меж тем первый ряд из двух дюжин воинов, в который врезался командир, уже потерял половину бойцов. Остальные, не в силах противостоять той ярости и жестокости, с которой на них обрушился парень, дрогнули и бросились врассыпную. И именно этот момент выбрали шестеро стрелков на крыльце, дав залп из луков и арбалетов, при этом не особо разбирая, куда стреляют. Часть снарядов угодила в своих же, а один болт вонзился Зефиру в плечо, пробив наплечник бригантины. Но для юноши, впавшего в неистовство, это было, как укус комара алому бык-быку. Стрелки мгновенно поняли, что им сейчас будет, мягко говоря, несладко, и кинулись к двери. Но та захлопнулась прямо перед их носом.