Алихан. Рабыня демона

А затем…яркое пламя костра. На глаза наворачиваются слезы. Он сжег меня живьем!

Мне в руки дают какую-то тарелку.

– Возьми. Надо поесть.

С силой отталкиваю ее, от чего содержимое тарелки летит на пол.

– Нет! Я не буду. Уберите это. Я ничего не хочу, ничего!

– Глупая. Радоваться должна.

Слова этой полоумной женщины просто выводят меня из себя. Даже не верю в то, что слышу.

– Радоваться? Чему?! Чему я должна радоваться? Тому, что меня изнасиловал демон, или тому что впивался когтями в мою спину? А может тому, что он меня хотел сжечь на костре за грех, который я даже не делала?

Слезы ручьем текут из глаз, а в горле все сжимается. Из груди то и дело вырывается болезненный стон.

– Ты точно глупая девушка. Послушай старую Фемиду. Алихан должен был убить тебя. Он должен был растерзать твое тело. Разорвать его на куски, выпить всю кровь. Ты бы даже до костра не дожила, но он оставил тебе жизнь. То, что ты пережила, лишь похоть Господина, но поверь мне, ты отделалась лишь царапинами.

– Уйдите! Не надо мне ничего говорить. Не надо мне помогать. Оставьте меня. Я хочу умереть!

Сквозь слезы вижу, как женщина недовольно качает головой, но все же выходит. Меня же всю трясет. Ненавижу ее. Ненавижу его. Ненавижу каждую тварь в этом аду!

К горлу подступает кашель, но как только начинаю кашлять, спина просто огнем горит. Чувствую, как слезы капают из глаз. Это все он. Алихан это сделал. И я не прощу его. Никогда!

* * *Я оставляю Саназ поздно ночью и готовлюсь к предстоящему бою с Аменом до самого утра. Справляясь с мечом и готовя оружие к предстоящей войне, ловлю себя на мысли, что все время думаю о ней. О своей рабыне. О той, которую уже давно должен был убить, казнить, сжечь, но почему-то ее сердце до сих пор в груди. Только потому, что я этого хочу. И, кажется, становится только хуже.

На рассвете приходит Фемида и первым делом проверяет Саназ. Когда я уходил, она еще дышала, пусть и слабо. Теперь же я снова чувствую то странное биение в груди, которое усиливается каждый раз, когда думаю об этой проклятой беловолосой женщине.

Фемида выходит только спустя час. По ее искривленным губам я понимаю, что что-то не так.

– Говори.

– Рабыня пришла в себя. Раны на ее спине перестали кровоточить за ночь. Ты постарался?

Сжимаю зубы. Догадалась, все-таки, старая ведьма. Коротко киваю.

– Она выживет?"

"– Не могу сказать пока точно. Если даже тело ее поправится, то душа вряд ли. Если человек хочет выздороветь, я помогаю ему, но если сам отказывается – тут я бессильна. Она не ест ничего и не пьет. Глупая. Думает, что ты сжег ее на костре.

Перевожу взгляд на окно покоев. Что же ты придумала себе, моя маленькая человечка.

Ведьма уже разворачивается, чтоб уйти, но в последний момент я окликаю ее.

– Стой. Подожди.

– Да, мой повелитель.