Алиби для бультерьера

Вхожу — кабинет открыт! Сейф в кабинете разворочен, однако все бумаги аккуратно на месте лежат. Я — звонить Василию Романовичу. Он: так и так, приехать никак не могу, в милиции нахожусь по такому поводу. Мне чуть плохо не стало. Звоню Сергею Николаевичу — никто не отвечает по всем телефонам. Потом шеф приехал — говорит, исчез Сергей, пропал, дома не ночевал, телефон отключил. Потом поговорил с кем-то по телефону и уехал. И редко появляется, так что я и не удивилась, когда узнала, что он от аренды отказался.

Леня своевременно вспомнил, что он представитель стоматологической клиники, и деловито повертел надувной зуб. Наказав Людочке сидеть тихо и никому не говорить об их визите, а то не возьмут на работу, компаньоны удалились.

Вместо того чтобы найти ответы, они получили еще больше вопросов.

Во всяком случае, визит в офис «Бестинвеста» оказался ненапрасным.

Оставшись в квартире Валентина Хруща, Анатолий Зевако решил оттянуться по полной программе. В самом деле — имеет человек право отдохнуть от забот и подлечить истрепанные нервы? Здесь, в этой квартире, он чувствовал себя в полной безопасности. Хозяин вернется только через месяц, а учитывая, каким неприятным типом был Хрущ, Анатолий не испытывал никаких угрызений совести, пользуясь его жилищем.

Он напустил полную ванну горячей воды, поставил рядом с ней магнитолу, включил свою любимую программу «Русский фонтан» и собрался нырнуть в ванну. Однако чего-то не хватало для полного счастья."

"Из магнитолы лился голос любимого певца Терентия, над ванной поднимался пар… но для полноты ощущений хотелось чего-то выпить. Анатолий вспомнил содержимое бара, которое он сам, по собственной воле отдал сантехнику, и тяжело вздохнул.

С другой стороны, оно было и к лучшему.

Вместо спиртного можно было приготовить чашечку кофе. В кухонном шкафчике Хруща нашлась полная банка отличного кофе — смесь «робусты» и «арабики». Анатолий насыпал в джезву две ложки, добавил воды и поставил джезву на плиту.

Тут началось обычное мучение: кофе никак не хотел закипать.

Известно, что когда на него смотришь, кофе ни за что не закипит. А стоит отвернуться — и подлый напиток сбежит на плиту, залив керамическую панель отвратительными бурыми потеками.

Анатолий скрипел зубами, делал вид, что отвернулся, даже отходил на пару шагов от плиты, поглядывая через плечо на джезву, — ничего не помогало.

И вдруг в самый неподходящий момент, когда подлый кофе вот-вот собирался наконец выдать шапку ароматной пены, в дверь квартиры позвонили.

Анатолий чертыхнулся, схватил джезву и переставил ее на керамическую подставку. При этом он расплескал кофе по столу и немножко пролил себе на ногу.

Звонок повторился. Причем на этот раз он звучал не просто нетерпеливо, а, можно сказать, просто истерически.