Мимолётный Альянс

Во мне одновременно живут доктор Джеккил и мистер Хайд. Это отвратительно. Ты посмотри, что я вчера натворила, – горько выговариваю ему.

– Хм, примерила нижнее бельё и чулки?

Цокаю и закатываю глаза.

– Нет. Ты мне их уже подарил, что тоже стыдно до отвращения к себе. Понимаешь… пожалуйста, просто послушай. Я не давлю на жалость, не играю, не выдумываю. Я ищу хоть какое-то понимание. А так как я говорю только с тобой, просто побудь немного человеком. Идёт? Дай мне несколько минут обыденности, хорошо? Без всех заговоров, нападений, боли и страха. Просто стань на несколько минут моей подушкой безопасности. Я буду падать. Ладно?

Дерик непонимающе изгибает чёрную бровь. Он их, что, выщипывает? Такие ровные.

– Я много лет жила в постоянном веселье. Не в своём. Моя сестра, Инга – организатор вечеринок для богатых и звёзд. Она популярна, красива и была замужем три неуспешных раза, но не прекращает верить во что-то сказочно красивое, типа любви. Наши родители… у нас их нет. Я… не помню их. Только фотографии остались. Папа бросил нас, когда мне было два года. Родители часто ругались из-за профессии папы, он был журналистом жёлтой прессы. Мама ненавидела, что он постоянно пишет гадости про людей. В общем, папа ушёл и потом спился. Он умер. Нам пришло письмо от его любовницы с требованием заплатить ей за то, что она его похоронила в своём дворе. Не суть. Мама, по словам Инги, совсем расклеилась. Она была морально разбита и раздавлена. Они ведь даже не развелись тогда, папа просто ушёл. Я заболела, и мама повезла меня в больницу. Она принимала антидепрессанты, и во время поездки у неё случилась передозировка. Она испугалась за меня, вот и приняла больше нормы. Мама погибла на месте, а я была жива и относительно здорова. Мне было шесть, Инге двенадцать. Нас забрали к себе тётя с дядей. Они не особо-то следили за нами. Мы им были не нужны. Они переехали в Нью-Йорк, когда Инга была в старшей школе. Ей пришлось туго. Она работала, чтобы вытянуть нас обоих. Никому нельзя было об этом говорить, поэтому мы всегда врали о том, что дядя и тётя вот-вот вернутся, в супермаркет выехали или находятся на заднем дворе. Мы выжили. Инга не успевала учиться, её выгнали из университета, но она нашла себя. Без образования она стала популярна. Инга продавала себя, свою улыбку, и зачастую я видела её пьяной. Очень пьяной. Я научилась быстро приводить сестру в чувство, мыть её, прибирать за ней и оттирать рвоту. Я привыкла следить за нашими деньгами и оплачивала счета, пока Инга зарабатывала деньги. Я знала, что не такая, как она. Я некрасива, и никакая моя улыбка не поможет мне в будущем. Я брала умом. Получила грант и место в университете.