Альфонсы в телогрейках, или Сколько стоит забыть тебя?

— Послушай, а ведь если бы не ты, я бы взорвался в машине. Такая хрупкая, а смогла меня вытащить.

— Но это оказалось не так уж и сложно.

— Скажешь тоже. Я же как-никак крепкого телосложения.

— Надо же, а я и не заметила.

— Меня Вадимом зовут.

— А меня Ларой.

— Ничего, что я сразу на «ты»?

— Конечно, ничего.

— Ты со мной «скорую» подождёшь?

— Конечно. Разве могу тебя оставить тут одного? Знаешь, а ведь ты реально в рубашке родился.

— Это не я в рубашке родился. Это ты спасла мне жизнь. Ты — мой ангел-хранитель. Я знал, что у меня есть ангел-хранитель, но не знал, как он выглядит. Теперь знаю. Ты сохранила мне земную жизнь, спасла от беды и сберегла в страшный час смерти. — Вадим поцеловал мою руку с особой нежностью. — Ты похожа на моего ангела.

— С чего ты взял? Какой я ангел?"

"— Это какое-то внутреннее чувство, чутьё, интуиция. Она никогда меня не подводит. Я же знал, что во всех сложных ситуациях кто-то сверху меня всегда оберегает. К моему знакомому ангел-хранитель явился в виде кошки. А ты явилась ко мне в человеческом облике. Если меня так легко вытащила из джипа, который мог взорваться в любую минуту, значит, в тебе есть невидимая сила. Говорят же, что в любом из нас есть как добро, так и зло. Происходит вечная борьба ангела-хранителя с чёртом. Я не скрываю, что неправедно жил, совершал злодеяния, и от этого ликовал чёрт. Я находился в его власти. И вот появилась ты и прогнала чёрта. Я так тебе благодарен! У тебя храброе и доброе сердце. Что-то меня на философию потянуло. Ты ещё не устала?

— Нет. Ты очень интересно говоришь. А что произошло? Почему ты ехал на такой большой скорости?

— Мне перерезали тормозные шланги, — мужчина тут же изменился в лице.

— Как?

— С этим разберусь позже. Я люблю быстро ездить, тем более машина очень даже скоростная. Погода хорошая. В такую погоду люблю погонять. Разогнался и почувствовал, что тормозов нет. Старался хоть как-то скорость снизить. А затем, смотрю, прямо по лесной дороге девушка идёт. Я глаза потёр, думал, померещилось, и в дерево въехал.

Пока мы ждали «скорую», Вадим сделал несколько звонков, грозно повторяя одно и то же: ему перерезали тормозные шланги и как только он оклемается, то уроет всех к чёртовой матери. Когда он пытался повысить голос, тут же хватался за голову и морщился от боли.

— Было бы лучше, если бы ты сейчас не нервничал, — старалась убедить его я, заметив, как в нём нарастает приступ агрессии. — Пусть тебя врачи посмотрят.

К нам подъехали два джипа.

— Кто это? — удивлённо спросила я.

— Мои ребята. Я им позвонил, сказал, чтобы срочно к нам ехали, а то в ожидании «скорой» можно сойти с ума.

Через несколько минут подъехала «скорая». Вадиму перевязали голову и сделали обезболивающий укол.